— Миссис Дурсль, — твердо предупредила Тонкс. — Либо вы отходите и впускаете меня к Гарри прямо сейчас, либо я буду вынуждена принять меры.
Петуния долго сверлила Тонкс взглядом — желание выставить гостью боролось со страхом перед магией в собственном доме. Пока она колебалась, Тонкс раздраженно вздохнула, сама распахнула дверь и, пройдя мимо хозяйки, направилась к лестнице.
— Невероятно, — прошипела та вслед, ретируясь на кухню.
Тонкс поднялась на второй этаж и замерла перед дверью Гарри. Постучала.
Тишина.
— Гарри? Это Тонкс! — позвала она через дверь.
Снова молчание.
Она вздохнула. Что с ним творится?
— Да ладно тебе, Гарри. Я просто хочу поболтать минутку!
Она затаила дыхание — за дверью не было слышно даже шуршания одеяла.
— Гарри! — на этот раз она прикрикнула. — Хватит вести себя как ребенок! Хотя бы ответь мне!
Она ожидала, что это его заденет и он хоть что-то буркнет в ответ.
Ничего.
— Хорошо, Гарри. Раз ты так, я вхожу, — наконец сказала она.
Она выждала секунду, но протестов не последовало. Тонкс толкнула дверь, и в ту же секунду поняла: что-то не так. Даже в полумраке было видно, что фигура под одеялом имеет странную форму. Она бросилась к кровати и сорвала одеяло. Вместо подростка там лежала искусно выложенная гора подушек.
— Что за… — в ужасе выдохнула она, оглядывая комнату.
Стол пуст. На стенах больше нет гриффиндорской символики. Клетка для совы открыта и пуста. Шкаф выглядел подозрительно легким. Сердце бешено заколотилось. Она нашла школьный сундук и распахнула его. Всё было аккуратно сложено: стопки пергаментов, письма от друзей лежали сверху. Тонкс успела выхватить глазами лишь обрывки фраз:
«Гарри, почему ты молчишь… просто напиши пару слов на обороте и отправь обратно… Гермиона всё принимает на свой счет… Гарри, во что ты играешь… мне жаль, что так вышло… я очень за тебя волнуюсь… друзья должны поддерживать друг друга и в горе, и в радости…»
Тонкс выпрямилась и еще раз окинула комнату взглядом, словно надеясь, что он вдруг окажется сидящим на кровати. Она закрыла лицо руками, сделала судорожный вдох и поднесла запястье к губам.
— Римус, — прошептала она, с ужасом глядя в пустоту.
— Тонкс, что случилось? — мгновенно отозвался он.
— Срочно сюда, — дрожащим голосом ответила она.
— Да что произошло?!
— Гарри исчез.
Гарри смотрел в окно поезда на пролетающие мимо пейзажи, думая о том, как мало этот состав похож на Хогвартс-экспресс.
Казалось, это было в прошлой жизни: он сидит в купе один, заходит Рон… Грустно улыбнулся, вспомнив, как они ополчились против Гермионы, которая тогда была в режиме «всезнайки». Невилл со своей жабой, Джинни на платформе, близнецы, замышляющие очередную пакость… Все главные люди его жизни встретились ему именно в поезде, в самый первый школьный день.
Глядя назад, он не мог поверить, что был тем же самым человеком. Что Гермиона была той девчонкой, которая увязалась за ними на полуночную дуэль с Малфоем, а Рон пытался перекрасить Коросту в желтый цвет.
Знай Гарри тогда то, что знает сейчас, сел бы он в тот поезд?
Он нахмурился. Где сейчас Рон и Гермиона? Что они делают и что думают о его исчезновении? Впервые с момента побега он всерьез почувствовал, как скучает по ним, и начал беспокоиться. Они были с ним и в радости, и в беде, а он их бросил.
«Нет, не бросил, — резко осадил он себя. — Ты не от них убегаешь. Ты убегаешь от жизни, полной боли, страданий и смертей. Тебе нужно узнать, что случилось с Сириусом».
— У тебя снова такой вид, будто ты решаешь мировые проблемы, —
Прапорщик