уже не успеете, не будьте жлобами, – прохрипел вспотевший Михалыч. – А потом ей всё равно в душ, так что я прям в кишку кончу.
И вскоре, как обещал, мощно спустил внутрь крепкой жопы задёргавшейся мулатки. Судя по испарине на спине и затуманенным глазам, Алиска тоже успела кончить, а блаженный вид стонущей Леночки вообще не допускал никаких сомнений.
Отдохнув минутку на диване, кубинка быстро всех расцеловала, подхватила свой небогатый наряд и умчалась в дверь с надписью "Только для персонала".
Мы снова выпили (уже в который раз за эти несколько часов), и я слегка поплыл, так что дальше помню только основные вехи.
После тоста "За тех, кто в море" мы вчетвером крутили тоненькую Белку на столике и жарили с двух сторон по очереди, пока каждый не слился в её няшный ротик. Сколько раз кончила сама Белка от четырёх бодрых хуёв, не знаю, но дрожала и выла почти непрерывно.
Потом всех трёх красоток мы трахали конвейерным методом "каруселька", установив рядочком на диване. Потешившись несколько минут с одной, каждый из нас двигался по кругу и загонял следующей, и так мы прошли кругов десять, если не больше, отодрав всех до поросячьего визга. Я особое внимание уделял их оральным органам, Михалыч жёстко отымел всех шлюшек в жопы – для него это было важно, а Гоша с Санчесом пялили их во все дырки попеременно.
Отстрелявшись по привычке в Женькин ротик, я выбыл из гонки, выпил ещё вискаря под двусмысленный тост "Чтоб не последняя!" и тихо завалился на диван. Сквозь неумолимо накатывающий сон я видел, как моя красавица глухо стонет на хуях Гоши и Михалыча, как Санчес неторопливо долбит Верочку на столе, а Ленка жадно целует его в губы.
Из последних сил я помахал Леночке, показав на свой член. Нимфетка с радостью во взоре присела у меня в ногах и взяла в ротик. Так с хуем в её милых губах я и заснул.
Две клизмы