был взять пачку, когда подошел какой-то парень, совсем еще малец.
— Слышь, ты в презервативах рубишь? У меня тут подруга появилась и… ну, сам понимаешь.
— Еще бы, приятель. Всегда ими пользуюсь. Ощущения почти как без них, к тому же «Дюрекс» куда дешевле «Трояна».
Бену было неловко, но он оценил совет. Поблагодарил парня и снял с полки дюжину. Уже собрался уходить, но развернулся и взял еще одну.
— Красава, мужик. Правильный подход. Вытрахай эту сучку до полусмерти.
Бен молча кивнул и пошел на кассу.
Бен нервничал, но, к счастью, смог пройти сразу к кассе самообслуживания. Быстро отсканировал первую упаковку, бросил в пакет, молясь, чтобы никто не увидел его или его покупки. Вторая последовала следом. Расплатился дебетовой картой и дождался чека. Испытал огромное облегчение от того, что это испытание закончилось. Быстро доехал до своей квартиры. Она была крошечной — студия, похожая на старую квартиру Марси, — но его устраивала. Он всегда жил один, и потребности у него были скромные. Гостей он никогда не принимал. Застенчивость превратила его в отшельника. Он боялся большинства людей. Только мистер Уэллс понял его и нанял на работу, которая была значительно ниже его способностей, но именно такой, какую он хотел и в которой нуждался — минимум прямых контактов с людьми, которые его пугали. За годы в компании он познакомился с несколькими секретаршами и они ему нравились, но он всё равно был слишком застенчив и ведом, чтобы начать с ними общаться. Теперь же он чувствовал себя самым везучим человеком на земле. Быстро переоделся и сделал растяжку, как всегда перед бегом.
Шейла сказала ему пробежать не меньше десяти миль (16 км), так он и собирался сделать. Начал с легкого бега, но вскоре разогнался до темпа шесть минут на милю (3:45 на км). В этом темпе он чувствовал себя комфортно; так он бежал на прошлогоднем полумарафоне, финишировав меньше чем за семьдесят минут — лучший результат в своей возрастной группе. Он надеялся, что Шейла придет посмотреть на него в этом году. Бен всегда считал, что бег проясняет мысли, но не сегодня. Он не мог выкинуть события прошлой ночи из головы. Он никогда не чувствовал ничего столь же гладкого и мягкого, как бедра Шейлы. Запах и вкус её киски — это то, чего он никогда не забудет. Даже сейчас, спустя часы, он чувствовал её вкус и аромат.
Он всегда думал, что ласкать ртом половые органы — это отвратительно, но, очевидно, ошибался. С Шейлой это казалось таким естественным, даже когда она скормила ему его собственное семя. Теперь, когда он вернется, он сможет по-настоящему заняться с ней сексом. Он был так поглощен мыслями о Шейле, что едва не врезался в припаркованную машину. Посмеявшись над своей глупостью, он сменил курс, выбежав на велодорожку через лес. Иногда мимо проезжал велосипед, но этот путь почти всегда пустовал; он проходил через то, что когда-то было раскидистой фермой, а теперь стало крупным жилым комплексом. Обустройство парка — «зеленого пояса» — было условием, которое округ поставил застройщику. Он обожал бегать здесь, среди природы. Это напоминало ему школьные и студенческие годы, когда он занимался кроссом.
Бен был выдающимся студентом. Он никогда не ходил на свидания и почти не общался со сверстниками, так что тратил время на два занятия — учебу и бег. Бегал он, чтобы проветрить голову, и после пробежки его мозг был готов к академическим нагрузкам. Этой формуле он следовал все годы учебы. Его жизнь стала предсказуемой, здравой, безопасной и скучной. Он каким-то образом чувствовал, что те дни остались
близкое знакомство (начало)