Невидимая кивнула. - Да, да. Клятва считается драгоценной, и ее никогда не следует давать легкомысленно.
— Скажи мне. Если бы я захотела купить трон, на котором восседает королева, ты могла бы обменять его на меня?
— Это не мое, чтобы отдавать.
— Значит, ты не можешь предложить обмен на вещи, которые тебе не принадлежат.
Невидимая раздраженно прошипела. - Неужели я должна повторять очевидное?
— Да. - Бет скрестила руки на груди и надулась. - Потому что я намерена похоронить тебя своим ответом.
Суд аплодировал, освистывал и в остальном делал то же самое, что и всегда. Временами Бет казалось, что она сидит в центре цирка, только вся публика - это стайка обезьян, требующих внимания. Пока никто из них не начал швыряться какашками, они были в хорошей форме.
— То, что тебе не принадлежит, нельзя продать. - Мара сделала Бет грубый жест. - А теперь давай посмотрим, как ты похоронишь меня, человек.
Бет улыбнулась и не торопилась. В обычном зале суда она могла бы перебирать бумаги или медленно подходить к скамье подсудимых. Здесь, в Суде фейри, она, вероятно, могла бы обойтись несколькими случайными танцевальными движениями, хотя, казалось, им было все равно, но она все равно хотела, чтобы ее воспринимали всерьез.
— То, что тебе не принадлежит, нельзя продать, - повторила Бет. - Что ты говорила раньше? Тебе обещали все, и ты все взяла. Давай выберем вышеупомянутого ребенка. Ты лишила его свободы?
Мара пожала плечами. - Свобода - это, строго говоря, социальный конструкт. Истинная свобода возможна только в обществе, где нет закона, и где никто не навязывает свою волю другим, подразумеваемо или иным образом.
Почувствовав новый поворот, Бет набросилась на нее. - А у кентавров, по твоим словам, нет никаких законов. Следовательно, они должны быть абсолютно свободны.
Невидимая замерла, почуяв ловушку. - Ну... таких законов не существует. Но они же племя, не так ли? Конечно, у них есть социальные контракты, а иначе они не смогли бы объединиться.
Бет сделала паузу, чтобы придумать, что сказать дальше, но разыграла это как намеренную попытку оказать давление. Мара вызывающе стояла, ожидая следующего вопроса или обвинения.
— Обвинение, которое я собираюсь выдвинуть, касается вреда, причиненного Лунному племени. Есть ли техническое определение того, что фейри считают вредом?
Мара усмехнулась. - Твоего простого языка недостаточно, чтобы описать вред простыми словами. Но я буду играть в твою игру. Вред есть вред. Когда у тебя отнимают что-то, что тебе не принадлежит, это и есть вред. Нарушение правил гостеприимства - это вред.
— А как насчет того, чтобы забрать то, что тебе не принадлежит? - спросила Бет.
Зрители засвистели. Мара вздохнула. - Я понимаю, в чем дело. Ты хочешь, чтобы я признала, что мы забрали их, что я и делаю. Потому что они ПРОДАЛИ СВОИ ЖИЗНИ! - Теперь Невидимая выглядела возмущенной. - Я не виновата, что они отдали все, чтобы стать свидетелями трюков, которые могли одурачить даже простака!
Бет сунула руку в карман и вытащила кусок кожи. Оно было вырезано из колчана, замысловатая строчка, идущая по одной стороне, создавала круговой узор, напомнивший ей цветы.
— Ты знаешь, что это? - спросила она, показывая его Суду.
— Это кусок шкуры животного, - ответила Мара.
— Хотя это правда, я говорю о рукоделии. - Бет провела большим пальцем по самому шву. - Вот это было взято из колчана, принадлежавшего молодому лучнику из Лунного племени. При ближайшем рассмотрении кажется, что петли и завитки рассказывают какую-то историю, но это неважно. Важно то, что сам шов был найден по всему Лунному племени. Она обладает
со зрелой.