киской и блестящими глазами. Их взгляды встретились на секунду — в них была смесь поддержки и общего унижения.
Доктор мягко положила руку на плечо Даши.
— На весы, Дашенька. Ножки вместе, ручки вниз.
Даша шагнула на весы. Стрелка качнулась.
— Тридцать девять и шесть.
Потом ростомер — она встала спиной, подбородок подняли.
— Сто сорок два.
Она не пыталась прикрываться. Только дышала чаще, когда холодная линейка коснулась макушки.
Маленькие девочки смотрели молча, но уже не так испуганно:
Маша подумала: «Даша тоже сделала… и ничего… просто стоит голая… и все смотрят… и она не плачет…»
Лера сжала бёдра — у неё самой между ног стало влажно и горячо.
Соня прошептала: «У неё там… почти ничего нет… гладко… как у меня…»
Доктор посмотрела на Дашу.
— Молодец. Теперь садись на кушетку — давление и нагрузка, как у Кати.
Даша села — холодная клеёнка прилипла к голым ягодицам. Ноги раздвинули чуть шире. Писька открыто лежала между бёдер — маленькая, розовая, уже слегка влажная от нервов.
Она посмотрела на Катю и тихо сказала:
— Я… сделала… как ты…
Катя кивнула — слабо улыбнулась сквозь стыд.
— --
Даша сидела на кушетке, ноги раздвинуты, маленькая гладкая писька открыта между бёдер — светло-розовые губы чуть припухли от нервов, клитор уже слегка набух, торчит крошечной горошиной. Манжета только что снята с руки.
— Давление 105 на 65, пульс 98, — объявила медсестра. — Немного повышен, но нормально.
Доктор посмотрела на Дашу сверху вниз — спокойно, но твёрдо.
— Теперь нагрузка, солнышко. Встань. Приседания — двадцать раз. Но медленно. Очень медленно. Чтобы мы могли видеть, как работает каждый мускул, как открывается всё спереди и сзади. Никаких быстрых движений. Считай вслух каждое приседание — от одного до двадцати. Ножки на ширине плеч, спина прямая, попка назад, руки вперёд для равновесия. Начали.
Даша медленно встала с кушетки. Ноги дрожали, но она расставила их на ширину плеч — как велели. Маленькие сисечки с торчащими сосками слегка качнулись. Она вытянула руки вперёд, ладошки вверх, и начала.
Первое приседание — очень медленно.
Она опускалась вниз на счёт «один…», бёдра разошлись шире, попка оттопырилась назад. Спереди всё раскрылось полностью: гладкий лобок, большие губы разошлись, малые губы вывернулись наружу, влажная щель блестела под лампами, клитор торчал сильнее, пульсировал заметно. Сзади — ягодицы разошлись, открыв глубокую ложбинку между ними и маленькое розовое колечко ануса, которое сжалось от напряжения, потом расслабилось.
— Один… — прошептала Даша дрожащим голосом.
Второе — ещё медленнее. Опускание заняло почти пять секунд. Спереди писька раскрылась шире, капелька влаги повисла на краю малой губы и медленно скатилась по внутренней стороне бедра. Сзади анус снова сжался и раскрылся в такт дыханию, кожа вокруг него покрылась мурашками.
— Два…
К пятому приседанию дыхание стало тяжёлым, рот приоткрылся. Грудь поднималась и опускалась высоко, соски качались вверх-вниз. Пот выступил на лбу, стекал по вискам, по шее, между маленьких грудей. Внизу живота появилась тонкая блестящая дорожка — пот смешался с естественной смазкой и капал на пол мелкими каплями во время каждого медленного опускания.
Спереди — при каждом приседании большие губы расходились максимально, обнажая всю внутреннюю поверхность: ярко-розовую, мокрую, с тонкой плёнкой девственной плевы, которая натягивалась, но не рвалась. Клитор стоял твёрдо, набухший, пульсировал в такт сердцу.
Сзади — попка раскрывалась широко, анус сжимался и расслаблялся ритмично, кожа вокруг него блестела от пота, ложбинка между ягодиц становилась глубже.
— Десять… — голос Даши сорвался на хрип.
К пятнадцатому она уже дрожала всем телом. Ноги подгибались, но она не останавливалась — опускалась медленно, как в замедленной съёмке. Капли пота и влаги теперь падали чаще — с клитора, с малых губ, с внутренней стороны
Необычные похождения моей киски и её друзей. Часть - 13