Категории: Клизма | Студенты
Добавлен: 14.03.2026 в 13:53
это многовато. Прилягте, послушаю сердце.
Я легла на живот, уткнувшись лицом в сложенные руки. Он приподнял край моей футболки, и я почувствовала холодок фонендоскопа на спине. Его пальцы чуть придерживали трубку, касаясь моей кожи. Он слушал долго, перемещая инструмент, задерживаясь в разных точках.
— Дышите. Глубже. Задержите.
Я дышала. Чувствовала его присутствие. Даже в молчании.
— Хорошо, — сказал он наконец, убирая фонендоскоп. — Можете садиться. Всё в порядке.
Я села, поправляя блузку. Он уже взял ручку и приготовился записывать.
— Теперь несколько вопросов о самочувствии. Давление?
— 120/80.
— Были ли травмы?
— Нет.
— Аллергией страдаете?
— Нет.
— Головокружение, обмороки?
— Нет.
— Первый день последней менструации?
Мои щёки вспыхнули как июньская клубника.
— Пятнадцатого июня.
Он записал. Ручка на секунду замерла. Александр Иванович посмотрел на запись, потом перевёл взгляд на меня. Что-то мелькнуло в глазах — может, понимание, может, интерес. Но лицо осталось спокойным.
— Половая жизнь регулярная?
— Нет. Ну мне как-то не везло с парнями.
Он поднял глаза от карты. Больше не делал записи, а только слушал. Посмотрел на меня. Взгляд задержался на секунду дольше, чем нужно.
— Контрацепция?
— Барьерная.
Он кивнул. Чуть заметно, одними уголками губ, усмехнулся. Не насмешливо — скорее, будто что-то понял.
— Значит, барьерная, — повторил тихо. И в его голосе мне почудилось что-то... почти личное.
Я не поняла, что это было. Но щёки вспыхнули снова.
Александр Иванович отложил карту и шагнул ближе.
— Ложитесь на кушетку.
Я легла на спину, согнув ноги в коленях. Он сел рядом, на край, близко. Его пальцы легли на мой живот.
— Здесь больно?
— Нет.
— А здесь?
— Немного неприятно.
Он надавил глубже.
— Расслабься.
Я попыталась. Но когда его пальцы двигаются по твоему телу, расслабиться трудно. Особенно когда ты помнишь, как они укрывали тебя пледом.
Его рука скользнула ниже. Остановилась.
— Сейчас я проведу одну процедуру. Это может быть слегка неприятно, но нужно.
Кивнула, не в силах говорить. Он вышел, а затем вернулся с клизмой. Посмотрела на неё и почувствовала, как внутри всё сжалось.
— Я как-то не думала, что для справки это нужно, — тихо сказала я.
Он остановился на секунду, посмотрел мне в глаза.
— Для справки — нет. Для того чтобы я мог нормально провести пальпацию и убедиться, что всё в порядке, — да. Это стандартная подготовка.
Около минуты я молчала, не зная, что ответить.
— Хорошо. Делайте, если нужно, — выдохнула я.
Он одобрительно кивнул.
— Повернись на бок. Согни ноги, — сказал Александр Иванович спокойно.
Я послушалась. Его руки коснулись моих ягодиц. Я зажмурилась, вцепившись пальцами в кушетку. Он вставил наконечник клизмы. Я почувствовала поток теплой воды.
— Мне нужно в туалет.
— Ещё немного, потерпите, — ответил Александр Иванович. Я почувствовала спазм и зашевелилась.
— Тихо, — сказал он. — Дыши ритмично и глубоко. Сосредоточься только на дыхании. Расслабься.
Я дышала. Тёплая вода наполняла меня, и я чувствовала, как стыд смешивается с чем-то ещё. С доверием? С желанием? Я не понимала. Я просто лежала и позволяла ему делать то, что он считал нужным.
— Потерпи. Нужно подождать пять минут. Потом сходи в туалет и душ.
Я вышла в туалет. Хотелось поскорее избавиться от этой странной наполненности внутри. Когда вернулась из душа, он стоял у окна, заложив руки за спину. Солнце освещало его профиль, делая черты ещё более чёткими. Он обернулся на звук шагов. Посмотрел на меня долгим взглядом.
— Ложись.
Я легла на спину. Чувствовала себя под его властью, но осознавала, что мне это нравится.
Он снова сел рядом. Его пальцы снова коснулись моего живота, но теперь они двигались медленнее, глубже. Он надавливал, исследовал, и я чувствовала, как внутри разливается тягучее тепло.
Отпуск на море