Я услышал, как моя мама вышла из кухни. Я сидел в своей комнате и услышал, как моя мама крикнула: «Сын, иди кушать».
Я зашел на кухню в трусах. Моя мама сидела за столом в белом махровом халате. Ее разрез сверху был раскрыт, и я видел ее большие груди, которые упирались розовыми сосками в ее белую ткань махрового халата.
— Садись кушать, куда смотришь?
— На твои груди, которые трахал час, тока только час.
Моя мама посмотрела на меня грозным взглядом и сказала: «Не трахал, а я помогала тебе расслабиться и это грубо с твоей сторны».
— Мама извини не подумал, но ты дашь сегодня потереться моим членом об твою киску?
— Нет, всё, хватит на сегодня ещь.
Я стал уплетать еду и, доев еду, сидел пил чай, а моя мама, докушав, взяла тарелки мои и свои и встала возле раковины их мыть. От ее движений рук ее тело покачивалось. Я встал и подошёл сзади мамы и обнял ее, положив свои ладони рук ей на ее большие груди, и сжал их и поцеловал маму в шею. Мама запрокинула голову. Я целовал ее в шею и мял своими ладонями ее большие груди и терся своим пахом и членом об ее жопу через ткань своих белых трусов и ее белого махрового халата.
Моя мама начала громко дышать и шептать: «Нам нельзя», а сама не убирала руки и своей попкой стала елозить мне по моему паху и члену через ткань трусов.
Мама, я только потрусь шепнул я ей на ухо и прикусил ее мочку уха от чего мама издала стон ААА
АХ, но только потрись шепнунала мама в ответ.
Я отпустил ее правую грудь, а левой рукой продолжал сжимать ее левую грудь через ткань махрового халата и правой рукой спустил свои белые трусы, и мой член выпрыгнул и принял стоячее боевое положение. Я правой рукой снизу задрал белый махровый халат мамы и, взяв свой член в руку, провел розовой головкой члена между ее ягодиц и засунул член между ее ляжек и нижней части ягодиц мамы. Я стал чувствовать ее половые губки. Я начал движение, касаясь ее половых губок. Я начал чувствовать, как ее половые губки стали увлажняться.
Моя мама оперлась руками об раковину и своей попкой прижалась сильней к моему паху. Я левой рукой оголил ее грудь.
Моя мама стояла, оперевшись руками на раковину, где лежала еще немытая посуда, а из крана текла вода. Ее левая грудь была уже голой, и ее розовое орелово было покрыто от мурашек, а розовый сосок ее левой груди уже стоял торчком. А я тёрся своим членом об ее ляжки, задевая ее уже влажные половые губки.
— Мама, может, на стол сядешь, я так хочу поводить.
— А-А-А, да, сынок.
Я отошел от мамы, и она подошла спиной к столу и, уперевшись руками в край стола, подпрыгнула и села на стол. Ее белый махровый халат разъехался и держался только на завязки, которая была на животе. Ее большие груди оголились, розовые орелова и ее розовые соски смотрели на меня. Я посмотрел на ее киску. Ее темные половые губки были все влажные.
Я взял свой член в правую руку и своей розовой головкой стал водить вверх-вниз по ее половым губкам. Мама издала стон и стала громко дышать.
Моя мама сидела на столе с разведёнными ногами и с большой голой грудью с розовыми ореловами и розовыми сосками и, опустив голову, смотрела, как я своей розовой головкой члена вожу по ее темным половым губам. Моя мама прикусила нижнюю губу и громко
Демоны