Телефон завибрировал звонком от жены, как раз когда я вернулся в офис после обеда. Проверив, что дверь моего кабинета заперта, я уселся в кресло, закинул ноги на стол и принял звонок. Даша возникла на экране. Она была в гостиной, сидела у окна в одном халатике. Я сразу понял, что жена сильно возбуждена, потому что она раскраснелась и смотрела лениво.
– Помнишь Нюшу? – спросила она, проводя рукой по груди. Пола халата при этом слегка сдвинулась, обнажая приподнятый темный сосок. Моя жена транс*девушка, у нее небольшие груди и хороший член. Ее ладонь скользнула вниз и исчезла за краем кадра. Я покачал головой. Подружек своей жены я помнил, обычно, не по именам, а каким-то внешним признакам. Со мной они интересовались общением только в постели.
– Блондиночка с моего дня рождения, – сказала Даша. – Девственница. Которая в прошлом году снова учиться пошла?
Блондиночку с Дашиного дня рождения я помнил. Это была тихая, красивая девушка, пришедшая на праздник в белой рубашке и черной юбке. Почти все ее лицо скрывали большие очки в толстой оправе, и весь праздник она просидела в уголке, лишь изредка настороженно поглядывая по сторонам. Вроде как она недавно окончила магистратуру и собиралась поступать в аспирантуру по какой-то серьезной гуманитарной специальности. В памяти отложилось, что Нюша говорила на двух или трех древних языках. Впрочем, возможно, я сам это придумал, оценив ее униформу и настроение.
– Помню, – сказал я. – Длинные волосы и очки.
– Ага, – жена развернула камеру, и я увидел картины на стене гостиной. Камера опустилась ниже: между бедер моей жены вверх-вниз покачивалась копна светлых волос. Я увидел, что свободную руку жена запустила девушке в волосы, и направляет движения ее головы. Нюша сосала. Ее обтянутая черной юбкой попка была выпячена, и было видно босые стопы.
– Приедешь прямо сейчас, – сказала Даша. – Можешь выебать. Да, Нюш?
Она приподняла головы подружки, и я увидел бледное личико с большими запотевшими очками, острым носиком и блестящими от слюней губами. Девушка облизнулась и неуверенно кивнула.
– Умница, – Даша заправила свой член ей обратно в рот. Нюшин затылок снова размеренно задвигался вверх-вниз.
– Она отличная хуесоска, – сказала Даша, снова разворачивая камеру к себе. – И ей нравится, когда ее связывают. Поедешь сейчас, успеешь попользоваться.
Я уже сильно возбудился, и сидеть, закинув ноги на стол мне стало неудобно. Жена откинулась в кресле и прикрыла глаза. По тому, как двигается ее плечо я видел, что она все еще контролирует сосущую подружку. Было понятно, что сейчас девушка доработает, и ее ожидает полноценная программа траха на нашей семейной постели.
Я прикинул оставшиеся дела на день, уже чувствуя, что в любом случае сейчас все брошу. Я помнил, как Даша мне рассказывала про эту Нюшу, про то какая она недотрога и одухотворенная личность, и как у нее был, может быть, один или два парня, и ни тот, ни другой ей не понравились. Поэтому Дашенька и назвала ее «девственницей». Моя жена давно мечтала о том, чтобы выебать эту девушку.
На экране Даша застонала, камера качнулась. Жена дернула халат в сторону, полностью обнажая левую грудь, и я понял, что она готовится кончить подружке в рот. Она сжала свой сосок, стала мять небольшую грудь. Я приготовился, будто и сам собираясь кончить.
– Так, все! – жена села прямо, видимо при этом сталкивая Нюшу с члена. – Мы идем в спальню.
Она снова развернула камеру, и я увидел сидящую на коленях Нюшу. Верхняя пуговица белой блузки у девушки была расстегнута, внутри виднелся край белого
Чего не может женщина