что вы со Сьюзан счастливы. У вас прекрасные дети, и они тоже выглядят такими счастливыми и уверенными в себе.
Пожалуйста, мне нужно твоё прощение за то, что я предала твоё доверие. Я изменила тебе, пыталась получить всё сразу. Ты говорил, что я думаю только о себе. Это было отчасти правдой. Даже больше, чем отчасти. Но я правда тебя любила. Просто я так запуталась, что мне казалось — я заслуживаю всего, чего захочу. Это было нечестно по отношению к тебе, Зик.
— Это было давно, Саттон. Всем нам нужно двигаться дальше. Надеюсь, ты уже двигаешься дальше.
— Тот год был тяжёлым, после всего, что случилось. Мне потребовалось несколько лет, чтобы восстановить своё положение в компании. Хотя, честно говоря, после твоего ухода дела у компании пошли все хуже. Ты, наверное, знаешь. Продажи рухнули, многие сотрудники ушли. Бльшая часть моей команды ушла за тобой, ты в курсе. Я уволилась и начала строить карьеру заново в другой фирме. Я до сих пор там, старший менеджер. Надеюсь, через пару лет войду в совет директоров. Но при всём при этом я одна. И, наверное, такой и останусь.
— Саттон, послушай: ты можешь учиться на прошлом, но не обязана в нём жить. Я тебя прощаю. Прости себя сама и двигайся дальше. В тебе много хорошего, несмотря на тот пример, который подавали тебе родители и который искалечил твою взрослую жизнь.
Краем глаза он заметил стоящих в стороне Скайлар и Стерлинга. Они явно слышали его последние слова.
— Саттон, почему бы тебе не пойти познакомиться со своими племянниками и племянницами? А?
Она посмотрела на него с глазами, полными слёз, быстро обняла и бросилась к сестре. Они обнялись. Саттон наклонилась и стала знакомиться с детьми.
Зик улыбнулся, глядя, как его жена приветствует сестру. О надеялся, что примирение продержится дольше одного вечера. Он доверял Сьюзан — она проследит, чтобы разговор Саттон с детьми был уместным. Сам он повернулся и направился к тестю с тёщей.
Когда он подошёл к ним, раздался громогласный возглас:
— Зик! Надо же, кого я вижу! Расскажи, каково это — быть полумиллиардером?
Это был Дженсен Вулф, один из технологических титанов Кремниевой долины. Родители жены услышали вопрос и уставились на Зика.
— Когда провернёшь очередную сделку, Зик, и дашь мне в ней поучаствовать? — шутливо спросил Дженсен, обнимая Зика за плечо.
— Очень приятно! Ну, полагаю, вы гордитесь этим парнем? Тот, кого каждая компания мечтает заполучить в свои ряды. Зик, это уже третья компания, где ты поднял продажи, они вышли на биржу, а ты потом продал свои акции?
Зик рассмеялся:
— Ага, что-то вроде того.
— И что ты, чёрт возьми, делаешь со всеми этими деньгами? Планируешь купить остров? Или, судя по твоим темпам, может, сразу целый архипелаг?
Они посмеялись, Зик подмигнул и сказал Дженсену идти налить себе выпить и оставить его в покое. Затем повернулся к родственникам.
— Наслаждаетесь свадьбой?
Стерлинг протянул руку.
— Да, Зик, мы... Мы очень рады видеть тебя, Сьюзан и... — его голос дрогнул, — наших внуков.
Скайлар всхлипнула, и слеза скатилась по ее щеке. Сьюзан, стоявшая в нескольких метрах, увидела, что мать плачет, повернулась, собрала детей и подвела их к бабушке.
— Дети, это ваша бабушка Скайлар. Помните, я рассказывала вам о ней и дедушке Стерлинге? — она улыбнулась.
Дети вежливо шагнули вперёд, протягивая руки для рукопожатия, улыбаясь и представляясь:
— Привет, бабушка!
Скайлар опустилась на колени и обняла каждого, плача от радости. Дети немного смутились, но дети — они гибкие, быстро приспособились.
Зачёт по социологии