Он задержал руку чуть ниже пупка, надавил глубже, прислушиваясь к моей реакции. Потом убрал руку и посмотрел на меня.
— Сколько дней запор?
Я почувствовала, как начинают гореть щёки.
— Дня три.
Он кивнул, будто уже знал.
— Понятно. Запор. Нужно делать клизму.
Я открыла глаза.
— Может, чернослив? — спросила я с надеждой. — Или массаж? Вы же делали массаж. Вы же умеете.
Он покачал головой.
— Сейчас это бесполезно. Три дня — слишком долго. Надо очистить кишечник.
— Я не хочу клизму, — выдохнула я.
Он сел рядом. Близко. Его голос стал тише:
— Я понимаю. Но это поможет. Быстро и надёжно. Интоксикация и повышение температуры — вещи неприятные. Говорю как врач. Готов сделать тебе массаж живота, но только после клизмы. Нужно действовать сейчас. Клизма необходима. Мы быстро с этим справимся.
Я посмотрела в его глаза. В них не было холода.
— Хорошо, — прошептала я.
— Повернись на бок. Согни ноги.
Я послушалась. Его руки коснулись меня, и я снова почувствовала то, что помнила всё лето: тепло, надёжность, безопасность. Он начал готовить всё для клизмы. Аккуратно, но уверенно вставил наконечник. Вода наполняла меня, почему-то хотелось закрыть глаза.
— Потерпи пять минут, — сказал он. — Потом сходишь в туалет.
Последовала его рекомендации, а затем вернулась в кабинет.
Он сидел за столом, но когда я вошла, поднялся и подошёл ко мне. Он вновь натянул перчатки.
— Ложись ещё раз, — сказал он. — Проверим.
Я снова легла на кушетку. Его пальцы снова легли на мой живот, мягко надавливая. Теперь уже не больно. Почти приятно.
— Хорошо, — сказал он. — Но нужно повторить.
Я посмотрела на него с ужасом.
— Ещё раз? — Я была в шоке, не знала, что сказать и как реагировать.
— Да. Чтобы полностью очистить. Потерпи.
Я закрыла глаза и снова позволила ему делать то, что нужно. Его пальцы смазали мой анус гелем. Вновь наконечник клизмы и тёплая вода. Александр Иванович положил ладонь мне на низ живота, пытаясь расслабить меня. Это было странное ощущение. Можно сказать, что мне это понравилось, но чувства были притуплены волнением.
— Всё, — сказал он через несколько минут. — Теперь всё хорошо. Иди в туалет и засеки в телефоне пятнадцать минут. Потом в душ и возвращайся. Вот полотенце.
Я вышла в туалет. Прошло пятнадцать минут. Я вернулась в кабинет, чтобы положить телефон в самку. Теперь нужно принять душ. Горячая вода приятно и омывает тело. Открыла бутылку с гелем для душа, лёгкий аромат трав.
Вернулась в кабинет. После геля для душа мне показалось, что аромат сандала усилился.
— Ложись на спину, согни ноги в коленях.
Александр Иванович положил одну руку мне на живот. Я закрыла глаза. Он делал мне массаж. Теперь без перчаток. Его ладони излучали приятное, слегка покалывающее тепло. Положил одну руку на другую и совершал массажные движения по кругу. Потом надавил тремя пальцами на какую-то точку слева от пупка.
Я открылась навстречу его прикосновениям. Чувствовала, как мой живот расслабляется под его пальцами. Мягкое, но уверенное давление помогло забыть о тянущей боли. Это было приятно. Даже успокаивающе. Закрыла глаза, чтобы лучше насладиться моментом. Это так восхитительно, когда твое тело полностью расслаблено.
— Оксана. Как ты себя чувствуешь? — ровно спросил он.
— Ух, намного
лучше, — ответила я.
— Я же говорил. Не стоило столько времени тянуть.
Ещё неделю я ощущала его ладони на своей коже. Тёплые и ласковые, как осеннее солнце.
Семнадцать мгновений лета