— А теперь ложись на стол и раздвинь ноги шире, - грубо и требовательно сказал Иван, - Я хочу видеть шлюху с обручальным кольцом на правой руке, раздвигающую ноги для своего ёбаря.
Генриетта, молча, подчинилась и сделала, как он приказал. Она всё ещё не могла привыкнуть к новым ощущениям, связанным с мужской силой и доминированием, и хотела подчиняться, почувствовать свою истинную женскую слабость.
Она легла на спину на стол и раздвинула ноги, но не так широко, как хотел Иван, потому что её панталоны, посередине ляжек, этого не позволяли. Тогда он резко снял их, бросил на пол и раздвинул ей ноги как можно шире, обеспечив себе, таким образом, не только превосходный доступ к её волосатой вагине, но и потрясающий вид.
Генриетта лежала перед Иваном, раскинув ноги, словно открытая книга, осознавая свою уязвимость и внутренний стыд, который её охватывал. Она никогда прежде не оказывалась в подобном положении, тем более перед незнакомцем. Но сейчас ей было всё равно, она жаждала удовольствия, её тело ныло от захлестнувшего её желания, и она была готова отбросить свою скромность и предрассудки стыда.
Её влажная вагина, покрытая густыми волосами, раскрылась от возбуждения и сочно блестела от обильно выделившейся смазки.
Иван расположился между её ног и, направив свой сильно эрегированный член в неё, продолжил её трахать. Он резко вонзил свой член в сочную мякоть её влажного влагалища. Генриетта застонала, чувствуя глубокое проникновение и силу нарастающих толчков. Она закрыла глаза, отдавшись невероятным ощущениям. Никогда в жизни её так сильно и в такой позе не трахали, и это доставило ей дополнительное удовольствие.
Ей казалось, что она вот-вот снова кончит.
И действительно, ощущения возрастали, и, пытаясь усилить их ещё больше, она начала сжимать свои груди прямо через блузку и лифчик.
Оргазм снова потряс её. Генриетта громко застонала от удовольствия.
Иван вытащил свой член, снова не дав себе кончить.
— Это ещё не всё, - сказал он, переводя дыхание.
Генриетта открыла глаза и посмотрела на Ивана, заметив озорство в его взгляде. Прежде чем она успела разгадать загадку, Иван прижал свой член к её анусу и надавил на него.
— Нет, нет, сюда нельзя! - воскликнула Генриетта, теперь понимая его план.
Она попыталась сопротивляться, но Иван тут же подавил в ней это желание.
— Лежи спокойно и не дёргайся, - приказал он резким тоном, - Мне тоже нужно кончить.... Ты же не эгоистка, и хочешь, чтобы я тоже спустил, а?
Генриетта молчала. Конечно, она понимала и хотела, чтобы Иван тоже кончил. Она не могла оставить неудовлетворенным того, кто подарил ей столько незабываемых мгновений счастья. Но её деликатная задняя дырочка никогда не знала пениса мужчины, и это пугало Генриетту. Её пугал и большой размер члена Ивана. В целом, она чувствовала страх и сопротивлялась против своей воли.
Иван настойчиво продолжал пихать свой член в анус Генриетты, игнорируя её возгласы, но тугое сфинктерное кольцо не позволяло его большому, толстому члену проникнуть внутрь. Толстая головка застревала в нём, несмотря на то, что была хорошо смазана вагинальной смазкой.
— Пожалуйста, не надо... Я не хочу... Я не могу... Я не готова, - умоляла Генриетта, чувствуя сильное, настойчивое давление члена на свой анус, - У тебя очень большой член.... Ты порвёшь мне попу....
Своими причитаниями она пыталась остановить Ивана, но он был непреклонен в своём выборе.
— У меня никогда не было такого секса... Даже мой муж сюда не входил, - продолжила она.
— Заткнись, сука....Тем лучше, я буду первым, - грубо ответил Иван с ухмылкой, не прекращая своего натиска.
Генриетта чувствовала свою слабость и его силу, удерживавшую её на месте,
Байки из щелки Байка четвертая Черная лента и Байка пятая Надгробие