Я не хотел, чтобы Марк победил. Долгое время лидировала месть, но остальные притихли. В какой-то момент Рой исчез, Роджер Макгуинн просто пил, а Марк изводил меня своими рассуждениями. В конце концов я решил, что смогу достойно встретить этот мир, если он и Спок будут направлять меня.
Примерно в это время бармен принес мне стакан газированной воды. Смысл его слов был ясен. Я выпил его и не заметил, как Марк с Роджером ушли. Я чуть не упал, когда поднимался со своего барного стула и, пошатываясь, ввалился в мужской туалет, по пути задел пару кресел, и мне пришлось прислониться головой к стене, чтобы оказаться на одной линии с писсуаром. Когда я вышел, там было пусто. Были только я и бармен, который расставлял стулья.
— Иди домой, Бен. Мы рассчитаемся с тобой позже.
Следующее, что я помню, это то, что я лежу на своей кровати и чувствую себя дерьмово. Не знаю, как я добрался домой, но я знал, что должен сделать. Я принял экседрин, выпил кофе и - несмотря на головную боль и все такое - открыл "Размышления" на своем ноутбуке и прочитал их за один присест.
В какой-то момент зашел мой сосед по комнате, чтобы извиниться. У него был такой извиняющийся вид, что я бы счел это забавным, если бы не хотел отрезать ему член, но просто смотрел на него, пока он не ушел. Мы рассчитались с ним позже и сделали это "разумно", что бы это ни значило, но на следующий день произошли две вещи: он съехал, а я перестал воспринимать насилие как что-либо, кроме фантазии. Позже я загнал его в угол в кафетерии и сказал, что принимаю его извинения, но он должен понять, что нельзя трахать девушку другого парня, а другого шанса у него от меня не будет. Я закончил словами "Как дела?" Что, по крайней мере, прозвучало жестко. Он поблагодарил меня с облегчением и даже благодарностью на лице и снова извинился. Я все еще хотел уничтожить его, но Маркус прошептал, что я поступил разумна. Я с ним согласен.
Элис тоже извинилась, и я - новый я - принял это. Она спросила, можем ли мы по-прежнему видеться, но когда я спросил, что бы она сделала, если бы застала меня в таком состоянии, она стала кроткой, снова извинилась и ушла.
Хотите верьте, хотите нет, но мы дружим. Нет, мы никогда - никогда! - не говорим об "этом". Она замужем, у нее двое детей, и, насколько я знаю, она верна мужу. Я надеюсь, что ради своего мужа и детей она верна. И ради нее самой. Элис Хавермайер. Боже, она мне нравилась. Она была бы замечательной женой, и, возможно, так оно и есть.
Честно говоря, Элис была одной из причин, по которой я стал адвокатом. Мне показалось, что юриспруденция подходит для применения теории стоицизма. Существуют рациональные правила, и умение логически оценивать ситуации и контролировать себя приносит свои плоды. И, честно говоря, это оплачивается лучше, чем большинство вещей, которые вы могли бы сделать, получив степень по философии. Я выбрал семейное право, потому что большинство других специальностей, казалось, были чрезмерно сосредоточены на зарабатывании денег - для клиентов и для себя - или на том, чтобы играть в Бога с жизнями людей: либо избавляться от виновных, либо обвинять людей, в виновности которых, сами возможно, и не уверены.
Люди иногда называют меня "адвокатом по бракоразводным процессам". Хорошо. Я понял. Единственные люди с более низкой
День Рожденья СПЕРМОЕДА