я сказала "пожалуйста". Для того, чтобы она остановилась, или потому что я хотела большего?
ШМЯК!
Я напряглась, этот шлепок был сильным.
— Ааааах...
Я не вскрикнула, я застонала!
Её рука осталась на месте, глубоко утопающая в плоти моей задницы, пальцы раздвинуты. Я посмотрела на неё, удивлённая тем, как сильно она меня шлёпнула, и увидела, что она смотрит на меня, её глаза расширены, а рот приоткрыт. Она ждала, что я пожалуюсь или прекращу это, но... но я этого не сделала. Я позволила дочери продолжать. Она придвинулась ко мне вплотную, прижавшись к моему боку своим упругим животом. Я чувствовала её тяжелое дыхание. Я почувствовала, как её другая рука схватила меня за другую ягодицу, а затем моя дочь начала растирать их круговыми движениями, массируя меня...
Я напряглась, это уже не было игрой. Это было сексуально, определённо сексуально. Я должна прекратить это, кричал мне разум, это моя дочь! Но я не двигалась, я притворялась, что воспринимаю её прикосновения как забаву, может быть, она не заметит... ещё немного.
Я была определённо мокрой, напряжённое сексуальное чувство пробегало через меня, пока моя дочь растирала мою задницу.
ШМЯК!
Еще один сильный шлепок!
— Оххх...
Еще один стон, который я не могла подавить, вырвался из меня.
Она сдвинула мои ягодицы вместе, а затем раздвинула их, совсем слегка.
ШМЯК!
Снова сдвинула их вместе и раздвинула, на этот раз ещё дальше, словно проверяя границы.
ШМЯК!
Снова вместе и дальше в стороны, дальше, чем когда-либо прежде. Я замерла, и ощущение холодного воздуха между ягодицами моей мокрой задницы усиливало моё возбуждение. Я не сомневалась, что она видит мой анус, мои маленькие трусики не прикрывали его, когда она так широко раздвинула мои ягодицы.
ШМЯК!
Я принимала наказание от своей дочери, как никогда раньше. Мои глаза слезились от жжения в заднице, и я выгнула спину, упираясь обеими руками в столешницу.
ШМЯК!
На этот раз, когда она раздвинула мои ягодицы, она задержала их так, раздвинутыми. Я чувствовала, как она нагнулась над моей задницей, глядя на меня... глядя на то, что находилось между моих ягодиц.
Так, больше не надо, я не могу! Прошло мгновение, пока я боролась, пытаясь остановить происходящее. С большим трудом я повернулась и прислонилась спиной к стойке. Я стояла там, моя грудь вздымалась, ночная рубашка всё ещё была задрана над моими бёдрами, и я слабо улыбнулась Кристи, пытаясь осмыслить то, что только что произошло. Я заметила, что я вспотела, и она тоже.
— Фууух... Боже мой, ты отплатила мне за всё, что я когда-либо делала с тобой, - прошептала я, глядя в её широко раскрытые глаза.
Она слабо улыбнулась и посмотрела вниз, на свои ноги. Я поняла, что она начинает чувствовать себя виноватой или, возможно, неуверенной в правильности того, что произошло, того, что она сделала... того, как далеко она позволила себе зайти.
— Эй, ты, не будь такой грустной, это было весело, - я протянула руки для объятия.
Мои слова явно разрядили обстановку, они заставили всё выглядеть так, будто это было просто невинное веселье. Она подняла на меня глаза и бросилась в мои объятия, а я тепло обняла её.
— Спасибо, мама, мне было интересно шлёпать тебя, да и весело тоже. Знаешь, если тебе понадобится хорошая порка, дай мне знать, я обязательно тебе помогу, - сказала она, глядя на меня своими большими голубыми глазами.
— Да, я уверена, что так и будет, моя плохая, плохая дочь, - засмеялась я. — Я люблю тебя, детка, - прошептала я ей ласково.
Она уже так выросла, и я дорожила теми моментами, когда всё ещё могла подержать её в своих объятиях.
Ошибка секретарши - 2