сторону лестницы, я представила, как моя дочь выходит из своей комнаты и смотрит на меня! Что бы она сделала? Что бы она подумала? Назвала ли бы она меня шлюхой? Отшлёпала бы меня за это? Ооох... да...
Я вытащила палец и шлёпнула себя по заднице, от чего по моей спине побежали мурашки. Я так хотела кончить, моё тело жаждало приятных ощущений, но я не могла... я просто не была достаточно близка к оргазму, мне нужен был хуй, мне нужен был кто-то другой, чтобы сделать это со мной!
— Аааахххх... уууухххх...
Я застонала в трубку от разочарования.
Словно прочитав мои мысли и моё затруднительное положение, Фрэнк рассмеялся в трубку.
— Не волнуйся, Кейт, если ты будешь сегодня хорошей шлюхой, я позабочусь о том, чтобы ты кончила много раз.
Эти слова заставили меня понять, что я действительно влипла.
— Теперь слушай. Вот что я хочу, чтобы ты одела и где мы должны встретиться...
Я слушала по телефону его требования, и моё сердце замирало, когда я представляла себя в этом наряде, разгуливающей по городу...
Глава 8
Я убрала телефон и прислонилась спиной к стене, нервно дыша и размышляя, что же делать. Я могла только представлять, какие извращённые вещи Фрэнк хочет, чтобы я сделала для него и его друзей... да, и для его друзей тоже! Боже мой, я стану полной шлюхой! Сколько друзей он приведёт? Двух? Трёх? Десять? Имело ли это уже какое-то значение? Они будут ебать мою пизду? Мою жопу? Мой рот? Может, все три мои дырки одновременно? Я не могла дышать, думая об этом! Я мечтала делать такое с Томми, которого я любила, и может быть с кем-то ещё... кем-то близким мне, но не с этим уродом и его уродскими друзьями!
Но что я могла сделать? Я была одна, уязвима и растеряна. У Фрэнка были все те фотографии, которые могли разрушить столько всего, так что он полностью контролировал ситуацию. Но чем больше я думала, тем сильнее эта идея меня отталкивала. Я не могла этого сделать! Я не могла позволить ему так со мной поступить! Какие извращённые удовольствия он планировал получить от меня? Мысль о том, что он будет вгонять в меня свой хуй, больше не возбуждала, а вызывала отвращение. В отчаянии я стукнулась головой о стену! Надо было что-то придумать!
Я поднялась наверх к Томми, почти готовая рассказать ему всё, но поняла, что его уже нет. Я запаниковала; я не знала, что делать. Побродив по дому несколько минут, я оказалась перед дверью Кристи. Мне просто нужно было отвлечься от этого хоть ненадолго. Я легонько постучала в её дверь и услышала её мягкий голос, который сказал мне войти.
***
Она лежала в своей кровати, всё ещё в ночной рубашке, читая книгу. Дочь положила книгу себе на грудь и смотрела на меня, пока я входила. Я села на край кровати и ничего не сказала.
— Мам, что случилось? — спросила она обеспокоенно.
Я настолько легко читалась, что моя собственная дочь ясно видела напряжение. Несколько секунд я раздумывала, рассказать ли ей всё, но потом поняла, что не могу. Я просто смотрела на неё. Она была такой молодой, такой красивой и невинной, я испытывала к ней столько любви.
— Ох, ничего, просто немного грустно, вот и всё, — соврала я.
Она села, обняла меня за плечи и посмотрела мне в глаза.
— Ох, ты грустишь, потому что папа слишком много работает... Мам, он делает это только из-за своей работы, она иногда так сильно его выматывает. Что я могу сделать, чтобы ты снова стала счастливой, скажи
Необычная практика