До затерянной в непроходимом лесу деревни Николай добрался уже после полудня, когда солнце ещё не опустилось за верхушки деревьев, но воздух стал свежим и теплым. Это была долгая и тяжелая дорога с пересадкой - чтобы добраться в эту безлюдную глушь пришлось в райцентре на автостанции пересесть на местный автобус. И вот, после пары часов тряской дороги двери его раскрылись с характерным ржавым скрежетом перед двухэтажным деревянным зданием местной конторы. Николай бережно поднял свой груз - катушки проводов, коробки с оборудованием и тарелку антенны - и под уважительными взглядами пассажиров первым спустил всё это на землю. Как самому молодому, на работе ему досталась эта дальняя командировка, с большим удовольствием он бы поехал на объекты поблизости под руководством опытного бригадира, но отказываться от заданий он не привык и кроме прочего питал надежду укрепить свой авторитет за счет самостоятельной удачной командировки.
— Николай Александрович! С приездом вас! - Из группы местных на площади отделился мужчина в тонкой летней шляпе. - Агриков Степан Ильич, рад откланяться, милостью божией, глава этой деревни.
На фоне заурядных лиц и простых одежд, председатель представлял своего рода деревенскую аристократию. Он радушно улыбался и жестикулировал, не скупясь на похвалы с какой-то нелепой мужицкой гордостью.
— Николай Александрович, первым делом мы с вами разместимся в доме, а завтра начнем работу, - вкрадчивым голосом посвятил председатель в свои планы.
Он сам взял увесистый моток провода, с услужливым видом оценил его тяжесть и понес к своему мотоциклу с коляской. По его жесту народ расступился, а женщина покорно вылезла из коляски и позволила председателю уложить на сиденье драгоценный моток.
— Да, Николай Александрович, в люльку мы всё и уложим, а сверху антенна поместится, - своим обычным услужливым тоном предложил председатель, - нам ведь тут без интернета совсем тяжело жить, отстали порядком, любой документ в район нужно с нарочным возить. А тут милостью божией и стараниями губернатора спутник нам решили провести, совсем по-другому заживем!
Николай аккуратно складывал коробки с оборудованием на дно люльки, принимал из рук угодливого председателя и расставлял их по своему усмотрению, чтобы дорогой не растрясти ценный груз, и сама эта щепетильность внушала окружившим его местным зевакам большое уважение и особенно самому председателю с прогрессивными идеями под шляпой.
— Марья Ивановна, моя супруга и в высшей степени благовоспитанная барышня, - отрекомендовал председатель супругу городскому мастеру и обратился к ней, - дорогая моя, пешком добирайтесь, а я отвезу Николая Александровича.
Председатель указал гостю на заднюю сидушку мотоцикла. Николай разместился на пружинистом сиденье, крепко взялся за ручку и двигатель Урала оглушительно взревел. Председатель ловко вспрыгнул и медленно, торжественно покатил по гравийной центральной улице деревни, демонстрируя сельчанам пришествие в деревню цивилизации. Но поездка была так неспешна, что даже белая сетчатая шляпа осталась на своем месте, а путь был так недолог, что через две минуты мотоцикл остановился и затих.
— Всё, вот и ваши покои.
Николай сразу угадал нужный дом - перед открытой калиткой стояла женщина не молодая, но свежая лицом и довольно стройная. Русые волосы её были на старомодный манер собраны полукругом на голове.
— А вот и наша Анастасия Григорьевна, - торжественно представил хозяйку председатель, - милостью божией, бухгалтер нашей администрации. Она вам и в помощники откомандирована, и комнату вам приготовила, поскольку барышня она вдовая.
Женщина смущенно улыбалась, всякий раз она скромно наклоняла голову и опускала веки, чтобы подтвердить справедливость слов милостью божией председателя Степана Ильича. Вдвоем мужчины выгрузили оборудование из люльки и занесли в дом, председатель по-мужицки отряхнул рука об руку и
Томление в августе