Категории: Измена | В попку
Добавлен: 28.03.2026 в 18:24
дрыхнет.
Николай ещё несколько секунд смотрел на лицо Насти, но и тени сомнений не возникло, что говорит она чистую правду, а от этого стало как-то не по себе. Нравы в этой глухой деревне очень сильно отличались от городских.
— А тебе что, самой не понравилось?
— Да, почему. Все мне понравилось, только для тебя положена писечка, а под хвостик это для греховных дел.
Николай не ответил, он схватил конец кабеля и стремительно поднялся по лестнице. Лишь изредка он обращался к помощнице, когда без лишней пары рук было не обойтись, да один раз отправил её в хозяйственный магазин. Так, в обиженном молчании и проходила их работа, пока солнце не опустилось и не потускнел дневной свет. Мастер убрал коробки в контору и осмотрел выполненную за день работу. Самая тяжелая в физическом плане часть была закончена, но на завтра предстояло самое трудное - провести линии внутри здания и разместить все оборудование по местам. Николай стряхнул рука об руку и махнул помощнице - пора отправляться домой. Настя молча взяла молодого кавалера под руку и демонстративно на глазах всей деревни повела его в свой дом.
После ужина она проводила Колю в баню и сама словно жена осталась с ним, не стыдясь больше наготы. Было очевидно, что и ей не по душе был предстоящий визит председательши, но Николай оказывал такую важную сельчанам услугу, что жертвенность брала верх над эгоизмом и ревностью. Настя даже не решилась воспользоваться случаем заняться любовью в бане, чтобы Колин орган не дал сбой в нужный момент с председательшей, что было бы позором и для неё самой. Распаренная, в доме она заварила чай и за столом подольстилась к молчаливому постояльцу. Так и сидели они, прижавшись, пока возле дома не зарокотал председательский мотоцикл. Со всем гостеприимством хозяйка встретила припозднившихся визитеров, пригласила их за стол, но единственное угощение, к которому притронулся председатель, была привезенная им же самим бутылка коньяка. Николай наотрез отказался выпить, но председатель и его супруга с видимым удовольствием опрокинули по рюмке.
— Ну что, супружница, ты готова? - С напускной бодростью громко спросил Степан Ильич. - Настасья, где нам расположиться?
— Идите в гостевую. Коль, я тебе потом сменю простыни. - С нескрываемой печалью в голосе сказала хозяйка.
Чем ближе подходил сам процесс, тем тяжелее она переносила уколы ревности.
— Машка, раздевайся и прыгай на кровать, - приказал захмелевший председатель и вальяжно развалился на кресле у входа. - А ты Настя, поди в свою спальню и не высовывайся.
Женщины молча повиновались: хозяйка удалилась в свои покои, а председательша, опустив глаза, расстегнула ряд пуговиц спереди старомодного платья и оказалась перед мужчинами совершенно голой. Она стояла прямо, позволяя мужчинам рассмотреть себя, и глуповато улыбалась, но даже в самой ее глупости было что-то милое.
— Хороша бабенка, да, Николай Александрович?
Коля стоял в банном халате и рассматривал деревенскую аристократку, она была первой из местных, у кого он увидел выбритый лобок. Стройная, невысокая женщина с приятными формами и прямыми, до плеч каштановыми волосами. Внимание привлекали её вздернутые, упругие груди с коричневыми сосками и трудно было держать себя в руках, но начинать дело в присутствии её супруга было слищком волнительно. Стоило, наверно, Коле выпить для смелости, но уже не хотелось посеять сомнения.
— Как мне лучше встать? - Спросила Мария, чтобы не стоять на месте под плотоядными взглядами мужчин.
Степан Ильич налил коньяк, опустил бутылку на пол и залпом выпил.
Шофер