пошла за подругой, пока они не нашли свою группу у автобуса.
— Видишь? - выдохнула Валентина, когда они устроились на колючих сиденьях. - Я же тебе говорила. Никому верить нельзя.
Манька надула губы.
— Ну, они же не кусались... Вежливые такие.
— Дура, - беззлобно сказала Валентина, глядя в окно на мелькавшие улицы. Но внутри всё сжалось в холодный комок. Предупреждение в поезде оказалось не пустым звуком. Мир за пределами их училища и родного маленького городка был не просто взрослым. Он был хищным.
Глава 2
Дом отдыха «Искра» встретил их выцветшей побелкой, скрипящими половицами и сладковатым запахом перезрелых фруктов, доносившимся из сада. Валентина с Манькой получили ключ от номера на двоих - маленькой комнатушки с двумя железными кроватями и тяжелым от влаги одеялом.
Именно здесь, в этих стенах, пропахших чужими жизнями, новости начали обретать форму. Сначала, как лёгкий шепоток, циркулирующий по коридорам.
— Надюхи нет, - сообщила Манька, влетая в номер после вечерней поверки. Лицо её горело от важности. - С ней в купе ехала Ленка, говорит, сошла на перроне, а к группе так и не прибилась.
Валентина молча разбирала вещи. «Сошла на перроне». Фраза звучала так же невинно, как «пошла за хлебом». Но в контексте вчерашнего предупреждения и истории с «администрацией» она обретала зловещий оттенок.
— Наверное, отстала, найдётся, - сказала Валя, больше чтобы успокоить себя.
Но Надя не находилась. Ни в тот вечер, ни на следующее утро. Анна Васильевна, одна из преподавательниц, присматривающих за группой, ходила хмурая, переговаривалась с местными властями, а в группе витала тревожная, приглушённая паника.
А потом Надя вернулась.
Она появилась на пороге столовой во время завтрака. Не растрёпанная и не плачущая, а какая-то... пустая. Шла мелкими шажками, не поднимая глаз. Её блузка была помята, а на смуглой, обычно румяной щеке, синел желтоватый синяк.
Шёпот в столовой стих. Все смотрели. Надя подошла к своему столу, села и уставилась в тарелку с овсяной кашей.
Историю она рассказала позже, вечером, в номере у Ленки, куда набилось полгруппы. Голос у неё был ровный, монотонный, будто она заучила урок.
— Они сказали, что такси. Я и подумала... ну, такси и такси. Села. А они... повезли не туда. К морю. Я говорила - остановите, мне надо к группе. А они смеются. Один... он держал меня за руку. Сильно.
Она замолчала, глядя на свои пальцы, бессильно лежавшие на коленях. Показала синяк на запястье, сдвинув рукав.
— А потом... на пляже... Они там... - голос Нади дрогнул, и она замолчала, сжав губы. Больше она не сказала ни слова. Но все всё поняли. Воздух в комнате стал густым и тяжёлым, давя на грудную клетку.
Дурёха Вика попыталась расспросить подробнее, что и как делали мужики, но Лена шикнула не неё, видя, как на глазах Нади наливаются слёзы.
— И что теперь? - шёпотом спросила Оля.
— А что? - Надя подняла на них мёртвые глаза. - Они сказали... если в милицию, всем расскажут, что я сама хотела. Что я... шлюха. Деньги у них просила. Кто мне поверит?
Выйдя из комнаты, девчонки молча разошлись. Валентина шла, чувствуя, как её осторожность, её уверенность в собственной неприкосновенности, дала первую трещину. Это было не абстрактное «не разговаривай с незнакомцами». Это было конкретное, осязаемое зло, которое пришло и забрало одну из них. И выбросило обратно - сломанную и запуганную.
«Со мной-то такого не случится», - яростно твердила она про себя, сжимая кулаки. «Я не такая дура. Я умнее».
Но страх уже пустил корни. И следующей водой его полила Манька.
После купания в море она вернулась вся красная, не от загара, а от смущения и
Сайт знакомств. Alex 60.