Три месяца мне было больно. Я не мог утопить своё горе в вине, как все нормальные мужья. Поэтому я нашёл сайт с реальными историями обманутых мужей. Я нырял туда каждый вечер и читал запоем. Сопереживание чужому горю не позволило мне свихнуться от своего. Несколько сотен историй, комментарии читателей, абсолютно разные ситуации... Кто-то обозлился, отомстил, и живёт бобылём. Кто-то простил ради детей. У кого-то жена продолжает изменять, и он закрывает на это глаза.
Меня поразил один рассказ и переписка под ним. Там муж простил и вернул жену. Он интересно аргументировал свою позицию. Древние греки сожгли Трою, что бы вернуть Елену Прекрасную. А она ведь уже трахалась с похитителем. Ну, мог же Менелай забить на неё, и найти себе десять новых Елен? Но он предпочёл войну... За любимую женщину...
Читатели добавили истории про животных, где самцы сражаются за самку.
Я вспомнил, как два одноклассника подрались за внимание Алисы. Дочь послала их обоих... Так устроен мир — мужчины воюют за своих женщин.
Я люблю Наталью, я хочу вернуть нашу семью. Я ДОЛЖЕН ВОЕВАТЬ ЗА НАС!!!
Я однажды уже победил - после расставания с Арсением, у Натальи было двое попыток с мужчинами. У них не получилось. В конце концов она выбрала меня, и мы были счастливы. Мне, что теперь опустить руки?
Если я верну свою любимую, я опять одержу победу! Вернувшись ко мне, Наталья ведь изменит Арсению. Когда я войду в её киску до упора, кто из нас будет «красавчиком»?
Прикольная тема нарисовалась! Но говорить сейчас Наташке я это не стал, у меня в руках был другой козырь:
— Наташ, возвращайся домой. Я понимаю это будет не просто, я буду мостиком между своими любимыми девочками. Я думаю, у нас всё получится...
У неё был насущный вопрос:
— Глеб, я не понимаю тебя. Ради дочери я сделаю всё, что угодно, но как ты сможешь простить мне измену? Как мы с этим будем жить?
Меня это обнадёжило:
— Ну, для начала ты попросишь у нас с Алисой прощения. Мы выскажем тебе свою боль и обиды. Потом между нами будет прохладно. Мы же взрослые люди, имеем опыт конфликтов с сотрудниками по работе. Мы же не рассчитываемся, ругаемся потом миримся.
У Натальи появилась новая озабоченность:
— Ладно, я это понимаю, может у нас и получится наладить отношения, но как с нашими занятиями любовью? Что ты об этом думаешь?
Она с вопросом и тревогой смотрела в мои глаза, а я улыбался:
— Любимая, я тебя почти уломал. Когда ты разденешься, и повиляешь попкой, думать буду не я, а твой любимчик.
Она всплеснула руками:
— Глеб, ну какого чёрта ты всё опошлил?
— Заметь, о сексе заговорил не я! Наташ, я же знаю тебя хорошо, ты не фанатка мужского внимания и комплиментов, ты не шалава, и с Арсением у тебя была история любви. Добавь сюда фактор отъезда Алисы на учёбу. Ты захотела вернуться в беззаботную юность, но тебя догнали долги. Я так понимаю, что у вас сейчас всё начало разваливаться. Подумай головой, а не гормонами и фантазиями. Прими правильное решение.
Мы расстались. Вечером я имел трудный разговор с дочерью. Она высказывала свои обиды, сомневалась, обвиняла меня. Но, видимо, я имел на неё влияние, и был убедительным. Алиса согласилась, поставив условия — мать расстаётся с хахалем, просит у нас прощения, обещает не предавать нас, и мы расписываемся в ЗАГСе.
На следующий день я позвонил Наталье на работу, рассказал об условиях дочери. Она уже приняла решение:
— Боже, Глеб, я буду ползать перед вами на коленях...
Взаимность это счастье.