нижнюю губу, зажмуривалась и с полминуты колыхалась всем телом в оргазменном приступе, источая фонтанчики горячих струй сквирта.
Лишь едва придя в себя, страстная лаборантка опять судорожно спешила нащупать рукой колышущийся позади упругий чёрный шланг, чтобы снова заправить его в себя и заполучить от него новую порцию плотского экстаза.
— Ты посмотри, как её колбасит! Ну, надо же, а?!. Моя девочка! Моя!!! – гордо пробасила прокуренным голосом не пойми откуда возникшая Лорейн.
Она стояла рядом с Крисом и тоже с неподдельным интересом любовалась сценой бурного и весьма умелого соития. Во рту у неё была извечная спутница – порядком измусоленная сигарета. Немного поразмыслив, женщина достала из кармана зажигалку и прикурила.
А потом вдруг как-то странно округлилась, покрылась белыми перьями и превратилась большую мультяшную утку с пышной серой шевелюрой, в фартуке и сиреневом пиджаке.
После чего толстозадая миссис Клювдия на удивление ловко вскочила на электросамокат, оттолкнулась ногой и укатила прочь под звуки саундтрека из «Утиных историй».
— Передай ей, уже семь! – невнятно прокрякала она на прощанье своим большим жёлтым клювом.
Чего семь?.. Кому это передать?.. – растерянно пожал плечами Крис, глядя вслед тающему во тьме колоритному персонажу.
— Мне, я полагаю? – разумно предположила Джессика.
Девушка внезапно оказалась у него за спиной, причём уже одна, без своего чернокожего ухажёра. Одной рукой она наскоро поправляла растрёпанную причёску, другой одёргивала на бёдрах подол короткого чёрного платья. Вопреки ожиданиям, ей быстро и легко удалось вернуть себе прежний довольно строгий вид. Лишь разрумяненные щёки и остатки испарины на лбу свидетельствовали о том, что с ней творилось всего минуту-другую назад.
— Ну так? Что она сказала?
— Кто что сказал?.. – Крис немного тупил после всего произошедшего.
— Ну, маменька моя. Ты же её только что видел?
— Да, а откуда ты...
— По виду твоему поняла. Так, что она сказала?
— Просила передать, что «уже семь».
— Семь? Отлично. Идём!
— Да?.. А до этого сколько было?
— Почти четырнадцать.
— Гм... А это хорошо или плохо?
— Нормально. Но нам надо срочно двигаться дальше. – Джессика решительно взяла попутчика за руку.
Они продолжили путь сквозь чёрную бездну, но Крису не давали покоя загадочные цифры.
— Семь – это же вдвое меньше, чем было, верно? Значит нам нужно пройти ещё столько же, пока не станет ноль? Да? – не унимался он.
— Нет, нуля там не будет. – отрезала попутчица.
— Почему?
— Потому что это логарифм, под которым всегда стоит что-то большее единицы.
Для окончившего математический колледж парня этот аргумент умной брюнетки прозвучал железобетонно.
— Следовательно, не до нуля, а до единицы нам надо дойти. То есть даже меньше половины пути осталось, так? – Крис понимал, что несёт чушь, но не мог остановиться.
— Не обольщайся. Это нелинейная функция квантового вероятностного расхождения.
— И что?..
— А то, что зависимость там логарифмическая. И чтобы сократить её значение ещё хотя бы вдвое, нам, вероятно, предстоит потратить куда больше усилий, чем до сих пор.
Парень ехидно улыбнулся, но промолчал. Хотя ему ужасно захотелось что-нибудь съязвить насчёт недавно «потраченных усилий» самой Джесс в объятьях одного мускулистого чернокожего качка. Она словно прочла его мысли и невербально пресекла это намерение, изо всех сил сдавив мужскую руку. Тот в ответ очень ласково погладил большим пальцем её гладкую молодую ладошку.
Они шагали молча, держась за руки и погрузившись каждый в свои мысли. Внезапно в тишине послышался тонкий скрип. Скрип довольно быстро нарастал. А вскоре проезжающий им на встречу на детском трёхколёсном велосипеде Альберт Эйнштейн состроил гримасу, показал язык и скрылся из виду, быстрее заработав педалями.
Санаторий ?Незабудка?