для женских ушей. Ну, и всё это не на сухое горло, конечно.
Я предполагал, что караоке продлится до 11 вечера — официального времени отбоя в нашем отеле. Так и обещал супруге вернуться в это время. Но уже в половине десятого наш репертуар, по-видимому, исчерпался. Массовик-затейник выключил музыку, поблагодарил всех за прекрасный вечер, и мы пошли по своим номерам. Уже в коридоре мне ударила в голову шальная мысль: "А что, если прямо сейчас… К Арине! Жена же меня ждёт ещё только через полтора часа…"
Я осторожно постучался в её номер — тихонько, чтобы не было слышно в нашем. Потом ещё. Ответа не было. Я вышел на балкон в коридоре, оттуда были видны если не окна, то хотя бы балконы наших номеров, освещённые, если в номере горел свет. У Арины было темно. "Уже спит, наверное, — подумал я. — Чёрт побери, и сегодня опять ничего не складывается. Да что ж за непруха-то такая." В нашем номере неярко горела одна лампа, и я почувствовал себя даже виноватым за свои блудливые похождения, когда жена не спит и ждёт меня. На цыпочках, чтобы преподнести ей сюрприз, я подкрался к номеру и бесшумно отжал дверь…
Две красавицы лежали на нашей двуспальной кровати по диагонали в той самой позе "ножниц", которую я до сих пор видел только в жёстких порнофильмах. И, судя по их интенсивным движениям, их сейчас совсем не интересовали чьи бы то ни было шаги в коридоре. Даже на моё появление они отреагировали не сразу. Наконец, до жены дошло, что я вернулся раньше времени. Она ойкнула, выскочила из объятий Арининых длинных ног и виновато забилась под покрывало.
— А-а, пришёл… — невозмутимо констатировала Арина. — А мы тут развлекаемся немного, по-девичьи.
Она неторопливо встала с кровати и демонстративно прошлась передо мной во всей своей бесстыдной красоте. Обошла вокруг кровати, обняла и поцеловала мою жену.
— Ты не думай, она тебе не изменяет. Между нами, девочками, это можно. Это же не измена. Ведь, правда, не измена же?
Арина без спешки влезла в свои вьетнамки, сгребла в охапку свои вещи и, не одеваясь, ушла к себе в номер. Всё равно в коридоре никого нет.
— Т-ты… Т-ты н-не думай… — запинаясь, выдавила из себя жена. — М-мы с ней ничего т-такого не делали… М-мы только пообнимались н-немного… Она м-меня не… Она в меня н-не…
— Да видел, видел… — буркнул я. — Видел уже, что у неё хера нет для этого.
— Но ведь это же не измена, если его нет? — зацепившись за эту фразу, повторяла она.
Выяснять сейчас отношения с ней, после душевного вечера с мужиками, после выпитого и съеденного, мне совершенно не хотелось. Даже если бы она настаивала на том, чтобы устроить бурную семейную сцену, я был бы пас. Да ещё и с Ариной этой непонятно что дальше делать…
— Спи. Ложись и спи. Завтра поговорим.
Я бухнулся на кровать и почти сразу отрубился. Успел только заметить, как она с виноватым видом заползает со своего краю.
Утром мы уже уезжали, было не до серьёзных разговоров. Пока собирались, жена старалась даже не смотреть в мою сторону. Вышли на площадку перед отелем. Арина тоже уже стояла там. Автобус опаздывал, но времени было ещё вагон и волноваться, что не успеем на рейс, было пока рано.
— Но ведь правда же, это не измена? — завела она старую шарманку. — Измена — это если мужчину на мужчину менять, правда? А это… Это совсем другое… Это просто как бы в перпендикулярных плоскостях лежит.
"Тётя" Яна.