Категории: Измена | Свингеры
Добавлен: 06.04.2026 в 03:25
На расстоянии вытянутой руки
Войдя в комнату, Дима и Евгения остановились на пороге.
Андрей сидел, раскинув ноги, лицом к ним. Над ним склонилась Лиля, повернувшись спиной, платье задрано до талии, гладкие бёдра, и та самая пробка с камнем поймала свет и блеснула. Лиля сосала не торопясь, её тело двигалось в ритме, она слегка вертела бёдрами и тихо, приглушённо стонала, полностью погружённая в то, что делала. Их не замечали или делали вид.
Женя стояла и смотрела. Мысли, как ни странно, были. Не вихрь, не хаос. Голова работала почти нормально, почти спокойно, только тело существовало отдельно и жило по своим правилам.
— Тебе нравится её задница? — прошептала она, прижавшись к мужу, так плотно, что чувствовала каждое его движение, каждый вдох, каждое напряжение мышц под рубашкой.
— Угу, — ответил он, не отводя взгляда. — Ты же знаешь — я такие люблю.
— И пробка... как у нас, — добавила она тихо.
Они уселись в кресла и наблюдали молча. Время растянулось, превратилось в тягучую массу. Прошло пять минут, может, десять, их до сих пор не замечали. Постепенно казалось, что их план оставаться в стороне, как за экраном, вполне рабочий. Дима встал, приглушил свет, оставив только мягкое, интимное освещение, которое делало всё происходящее ещё более нереальным, почти кинематографичным, затем чуточку добавил громкости музыки, ровно настолько, чтобы можно было говорить вполголоса, не отвлекая гостей, создавая им иллюзию приватности. Налил жене шампанского, себе виски, и острое, почти невыносимое напряжение первых минут существенно отступило.
Они даже начали вести лёгкую беседу, обсуждая происходящее вполголоса, и при этом Женя снова взяла мужа за руку, не потому что боялась, а потому что это прикосновение помогало ей не потерять то зыбкое равновесие, на котором она балансировала между наблюдением и участием, между контролем и желанием отпустить его полностью.
В какой-то момент Лиля резко повернулась, посмотрела прямо на них, не отрываясь от того, что делала. Они увидели её чуть размазанную помаду и член Андрея, который она держала одной рукой и продолжала медленно, ритмично ласкать, не останавливаясь ни на секунду.
Она смотрела на них без тени стеснения, с той уверенностью, которая делала происходящее ещё более откровенным, ещё более реальным. Затем кивнула в сторону дивана, приглашая. Не видя от них никакой реакции, произнесла с лёгкой, почти дружеской улыбкой:
— Вы можете сесть рядом, мы не набросимся, а вам будет всё намного лучше видно.
Евгения вздрогнула. Это движение было таким резким, таким непроизвольным, что Дима почувствовал его всем телом. Но она осталась на месте, не двинулась ни вперёд, ни назад, застыв на той невидимой грани, где ещё ничего не решено.
Дима мягко разжал руку. Это далось ему труднее, чем он ожидал. Потому что пока он держал он ещё мог остановить. Отпустив — уже нет. Евгения секунду сидела неподвижно, держа в ладони тепло, которое только что там было. Потом медленно встала.
Дима нежно коснулся её ягодицы, едва, скорее намёк, чем прикосновение. Она обернулась. Её глаза блестели в полумраке, грудь поднималась и опускалась в том ритме, который она уже не контролировала. Она сделала шаг. Затем ещё один.
Подойдя ближе, попыталась сесть с самого края дивана, сохранить хотя бы иллюзию дистанции, но подруга ловко перехватила её руку и подтянула ближе, к себе. Не отрываясь от Андрея, продолжала ласкать его ртом, и Женя застыла рядом, не сводя с неё глаз, зачарованная тем, как это происходит, без стыда, без колебаний.
Лиля подняла взгляд и прошептала:
— Хочешь потрогать?
Евгения не ответила. Слова застряли где-то в горле, но дыхание стало глубже, тяжелее, выдавая ответ, который она не осмеливалась произнести
Этой ночью только я и ты