струю. Вода льётся сначала холодная, потом горячая, обжигая. Она трёт кожу мочалкой, балдея под практически кипятком
Когда она выходит, мама сидит на кухне, наливает чай.
— Как ты погуляла? — спрашивает мама. — Как ушла вчера после обеда и только вернулась.
— Все в порядке, мам. Работала вчера до полна, а потом ходили танцевать с девчонками.
Аня говорила маме, что работает в логистической компании, а так как такая контора действительно была в городе, вопросов у мамы не было.
— Пока тебя не было... звонили домой, — говорит она неуверенно. — Тебя спрашивали.
Аня поднимает глаза. Звонили? Кто?
— Кто? — спрашивает она, сердце пропускает удар.
— Не сказал, — мама пожимает плечами. — Мужчина. Приятный голос. Вежливый такой. Спрашивал, где ты, когда вернёшься. Сказал, что перезвонит, а то на твой телефон он не смог дозвониться.
Аня сжимает чашку руками. Приятный мужской голос. Пока это ничего не объясняет, но уже интересно. Но этот звонок... это что-то новое. Ей не звонили домой, а её номер мало кто знает. Приятное чувство, что ее кто-то искал...
— Что-то ещё говорил?
— Нет, ничего, — мама качает головой. — Просто сказал, что он позвонит.
Аня отхлёбывает чай. Он горячий и сладкий. Она сидит на кухне, в своей пижаме, чувствуя, как тепло возвращается в тело. На задворках сознания глупо греет мысль, что её кто-то искал. И это маленькое чудо кажется сейчас самым важным в мире. Она будет ждать. Она будет ждать этого звонка.
Что было бы, если бы Елена все же дала Дэймону!