— И чтобы тебе было не так напряжно, я дам тебе двадцать тысяч «на расходы», идёт? — произнес он, протягивая мне деньги.
Я состряпал задумчивое лицо, не решаясь сразу взять деньги.
То есть мне предлагают контролировать мать, так ещё и за деньги. Папа — ты лучший! Внутри меня всё заиграло от возбуждения и неподдельного желания приступить к слежке, это было словно я попал в страну Оз.
— Хорошо, — неуверенно, для пущей надежности, произнес я, всё-таки взяв деньги и начав их пересчитывать.
— А когда ты уедешь? — грустно, но с неким вдохновением, уточнил я.
— Завтра вечером, — мрачно произнес отец, поглядывая на часы. — Боюсь, время идёт. Надо возвращаться домой, а не то мама будет волноваться.
Просто чудесно — новость, что отец уедет завтра, воодушевила меня.
Но я не смог отделаться от его слов, он действительно только сейчас решил, что мама ему с кем-то изменяет? Хотя она водила любовников уже более года.
Нужно было придумать план, как грамотно сливать отцу информацию, но теперь я знал точно — мамочка в моей власти.
Вернувшись в дом, это было около восьми вечера, мы нашли маму сидящей на кухне, она сидела, прижав ноги к груди.
— Почему такая грустная, милая? — бодро произнес отец, осмотрев свою жену.
Та в свою очередь лишь тяжело посмотрела на него, когда увидела меня в дверном проходе.
— Раз я приехал, то сегодня вечер кино! — взбалмошно сказал отец, побежав, будто маленький ребёнок, готовить попкорн.
Я же прошел к маме, осмотрев её сверху до низу. Черт, она, даже будучи грустной и, видимо, подавленной, была очень сексуальная.
Вечер кино.
Утомленные скучными семейными разговорами, мы сели на диване перед телевизором. На экране шумела какая-то комедия из нулевых, на которую никто, кроме отца, не обращал внимания.
Моя мама, одевшись в джинсы и футболку, сидела по правую сторону от отца, прижавшись к нему, а я по левую, чуть поодаль.
Порой я посматривал в их сторону, будто невзначай, на самом деле следил за реакцией матери. Она в свою очередь также посматривала на меня, будто большой брат — следя за каждым моим движением.
На экране происходила настоящая вакханалия, со смеху от которой в голос ржал папа.
Когда мама положила свою голову ему на плечо, делая вид, что вникает, я решил, что пришло время решительных действий. Я подсел поближе, будто ради доступности попкорна, мама тут же подняла голову, нервно смотря в мою сторону.
Боже, представить её с отцом, мне казалось, это нереально, как они вообще могли познакомиться. Она ведь словно фотомодель, сошедшая с глянцевого журнала о молодости в 40, а он — обычный кредитный консультант, хотя и тоже сохранившийся.
От этих мыслей у меня привстал. Накинув ближайшую подушку на пах, я решил отпустить размышления, предавшись фантазиям. Через время подушка стала подниматься, это заметила мама. Я видел её реакцию, она была шокирована, приоткрыв рот и намереваясь будто отчитать меня, но продолжила сохранять спокойствие на груди папы.
Что она думала? Может, ей показалось? Всё это бред, который ей мерещится со вчерашнего утра. Или нет, её сын сейчас представляет её голой, думает об этом. И или вновь планирует воспользоваться её ртом, совсем не стесняясь присутствия отца.
Час спустя.
— Эй, — шёпотом произнёс отец. — Ну ты и соня, впрочем, как и твоя мама, — усмехнулся он.
Продрав глаза, мы вместе обернулись на спящую Светлану. Видимо, она не выдержала самой смешной комедии, по версии папы, уснув прямо на диване на животе, подложив руки как подушку.
— Не буди её, пусть спит, — сказав это, отец пошёл наверх
Все мы извращенцы!