тихо застонала, когда он нашёл чувствительное место у ключицы.
Его рука, лежавшая на её талии, осторожно заскользила под низ её кофты. Кожа ладони была шершавой, но прикосновение — бесконечно бережным. Он гладил её бок, ребра, скользя большими пальцами по чувствительной коже прямо под грудью.
— Можно? — снова спросил он, его пальцы замерли у нижнего края её бюстгальтера.
— Да, — выдохнула Оля. Голос был хриплым от желания.
Он осторожно отстегнул застёжку спереди. Ткань расстегнулась, и её грудь, упругая и полная, высвободилась. Прохладный воздух комнаты коснулся сосков, и они тут же набухли, стали твёрдыми. Артём замер, рассматривая её в сумраке. В его взгляде был не голод, а благоговение.
— Боже, — простонал он и наклонился, чтобы принять один сосок в рот.
Оля вскрикнула. Ощущение было настолько новым, настолько отличным от всего, что она знала. Его язык был горячим, влажным, он обвил сосок, лаская и посасывая, а губы создавали нежное вакуумное давление. Волна тепла накрыла её с головой, собравшись горячим узлом внизу живота. Она вцепилась пальцами в его волосы, не отталкивая, а притягивая его ближе.
Он переключился на другую грудь, уделяя ей такое же пристальное, нежное внимание. Одной рукой он продолжал ласкать её бок, а другой опустился на её бедро, сжимая его сквозь ткань спортивных штанов. Она почувствовала его возбуждение, твёрдый бугорок, упирающийся ей в бедро, и это знание, что он хочет её, заставило её внутренности сжаться от сладкого ожидания.
— Артём... — прошептала она.
— Я здесь, — он оторвался от её груди, его губы блестели. — Всё хорошо. Мы можем остановиться в любой момент.
— Не останавливайся, — сказала Оля, и сама удивилась твёрдости в своём голосе.
Он улыбнулся — счастливой, немного дикой улыбкой. Потом аккуратно уложил её на спину на кровать и снова покрыл её лицо, шею, грудь поцелуями. Его руки скользили по её телу, снимая кофту, помогая ей скинуть спортивные штаны и трусики. Она лежала перед ним полностью обнажённой, и в его взгляде не было и тени оценки или критики. Было только восхищение.
— Ты идеальна, — сказал он хрипло и начал снимать с себя одежду.
Оля наблюдала, как он стягивает футболку, обнажая торс — мускулистый, подтянутый, с тёмными сосками и линией волос, уходящей в низ джинсов. Он расстегнул ширинку, скинул джинсы и боксеры. И его член, твёрдый и высоко стоящий, предстал перед ней во всей красе. Он был большим, но это не испугало её. Это вызвало прилив влаги между её ног.
Он опустился на кровать рядом с ней, снова целуя её, и его член упёрся ей в бедро, горячий и пульсирующий. Его рука скользнула между её ног, и он замер, почувствовав её влажность.
— Оля... — он прошептал её имя, как молитву.
Его пальцы осторожно коснулись её половых губ, раздвинули их. Он нашёл клитор и начал ласкать его медленными, круговыми движениями. Оля застонала, выгнув спину. Это было не так, как у Игоря — жёстко, целеустремлённо. Это было исследование. Он изучал её тело, её реакции, стараясь доставить ей удовольствие.
— Вот так? — спрашивал он шёпотом, когда она вздрагивала. — А здесь?
Она могла только кивать, захлёбываясь стонами. Волны удовольствия накатывали всё сильнее. Она чувствовала, как её внутренние мышцы сжимаются в пустоте, жаждая его.
— Артём, пожалуйста... — взмолилась она, сама не зная, о чём просит.
Он понял. Он приподнялся над ней, опираясь на локти, и направил головку своего члена к её входу.
— Медленно, — прошептал он. — Скажи, если будет больно.
Он вошёл в неё. Не резко, а медленно, сантиметр за сантиметром, давая её телу привыкнуть. Было
Нимфоманка