— Кончай, сучка, кончай громко — выдохнула Вика. — Кончай как последняя грязная шлюха.
Алиса завыла в голос и кончила так, что всё тело свело судорогой. Её киска брызнула мощной струёй в лицо Ани, попка сжималась вокруг страпона Вики. Слёзы текли по щекам, но на лице была блаженная, почти ангельская улыбка.
Вика и Аня медленно вышли из неё, развязали, обняли дрожащее, мокрое тело Алисы с двух сторон и начали нежно целовать — в шею, в плечи, в соски.
— Ты наша, — тихо прошептала Вика, целуя её в висок.
— Мы тебя любим... — Добавила Аня, нежно и взасос поцеловав Алису.
Алиса лежала между ними, полностью разъёбанная, счастливая. Она едва могла пошевелиться. Тело горело и сладко ныло одновременно. Пизда пульсировала горячим, набухшим комком — красная, распухшая, всё ещё сочащаяся соками. Анус горел особенно сильно: тугой, растянутый до предела, он пульсировал при каждом вдохе, напоминая, как глубоко и безжалостно его только что трахали. Но несмотря на эту боль... Алиса чувствовала себя на седьмом небе.
«Блядь... я никогда так не кончала, — думала она, тяжело дыша и глядя в потолок затуманенным взглядом. — Меня только что выебали в обе дырки, как последнюю шлюху... а я счастлива. Я вся дрожу. Я вся их...»
Она повернула голову и посмотрела на Вику, потом на Аню. Обе девушки нежно гладили её мокрое, уставшее тело, покрывали лёгкими поцелуями плечи, грудь, облизывали и обсасывали её соски.
«Мне так хорошо... — продолжала думать Алиса. — Тело болит так сладко. Пизда и жопа горят, будто их разорвали... а я хочу ещё. Хочу, чтобы они меня снова поставили раком, связали, шлёпали, кусали и ебали, пока я не потеряю сознание. Я всегда была той, кто лижет... а сейчас меня саму выебали так, что я кончила, как сумасшедшая. И мне это нравится. Очень нравится.»
Алиса тихо застонала, когда Вика провела пальцами по её чувствительной, распухшей киске.
— Больно? — ласково спросила Вика.
— Очень... — честно прошептала Алиса и слабо улыбнулась. — И мне это так нравится... Я никогда не чувствовала себя такой... использованной. И такой желанной одновременно.
Она закрыла глаза, наслаждаясь пульсирующей болью в анусе и жаром внизу живота.
«Я пропала, — подумала она с какой-то сладкой обречённостью. — Теперь я действительно их сучка...»