растекалась по её большой груди, заливала глубокую ложбинку, обтекала соски. Светлана почувствовала, как моча стекает вниз по животу, собирается в пупке и переливается через край.
Кожа мгновенно стала мокрой и горячей. Это ощущение — быть залитой тёплой жидкостью — вызвало у неё мощную волну стыда и одновременно острого, сладкого возбуждения. Она чувствовала себя предельно униженной... и именно это унижение заставляло её тело дрожать от удовольствия.
Витька встал сбоку и направил свою струю ей на живот и ниже.
Горячая моча хлынула на её мягкий живот, залила пупок, потекла вниз и мощно ударила прямо в раскрытую киску. Светлана выгнулась и застонала, подставляя киску под струю.
Она чувствовала, как горячая жидкость обжигает чувствительные губы, проникает в каждую складочку, смешивается со спермой. Давление на клитор было сильным, ритмичным, почти как маленький душ. Это ощущение заставляло её дрожать всем телом.
Колька подошёл к её голове и направил струю ей в лицо.
Горячая моча ударила ей в щёки, в лоб, в приоткрытый рот.
Светлана закрыла глаза и приоткрыла губы шире.
Тёплая жидкость хлынула на язык — солоновато-горькая, с лёгким металлическим привкусом. Она почувствовала, как моча заполняет рот, как стекает по языку, как часть её невольно проглатывается.
Жидкость заливала уши, текла по шее, по волосам. Это было предельно унизительно.
Она чувствовала себя грязной, опущенной, полностью отданной. Но именно это чувство вызывало у неё глубокое, почти наркотическое удовольствие.
«Я лежу и пью их мочу... на глазах у мужа...».
Дмитрий смотрел и чувствовал, как внутри него всё переворачивается. Каждая новая струя била его прямо в грудь. Ревность жгла его раскалённым ножом. Унижение было настолько глубоким, что ему хотелось кричать. Но возбуждение было таким острым, что пульсирующую боль. Он любил её.
Светлана открыла глаза.
Она медленно провела ладонями по своему телу, размазывая тёплую смесь спермы и мочи.
Сначала она приподняла тяжёлую грудь обеими руками, собирая густую жидкость в ладонях, и медленно размазала её широкими круговыми движениями по всей поверхности. Пальцы скользили по мокрой, горячей коже, ощущая, как липкая смесь обволакивает соски, делает их ещё более чувствительными.
Женщина сжала грудь сильнее, размазывая жидкость между пальцами, чувствуя её тепло и густоту. Потом опустила руки ниже — по мягкому животу, собирая больше жидкости и размазывая её длинными движениями вниз, к бёдрам.
Пальцы прошлись по внутренней стороне бёдер, по раскрытой киске, по растраханной попе. Она медленно провела двумя пальцами по припухшему отверстию, размазывая тёплую жидкость вокруг него, чувствуя, как оно всё ещё пульсирует и слегка раскрыто. Каждое движение пальцев вызывало у неё новую волну стыда и возбуждения. Она ощущала себя максимально грязной, максимально униженной... и именно поэтому — невероятно свободной и желанной.
— Ммм... — тихо простонала она, продолжая медленно размазывать жидкость по всему телу. — Какая горячая... Я вся в вашей моче... вся грязная... и мне это так нравится...спасибо мальчики
Дмитрий смотрел на это и чувствовал, как внутри него всё ломается и собирается заново. Он видел, как его жена с наслаждением размазывает по себе мочу трёх мужчин. Ревность и унижение достигли пика. Но одновременно он никогда не любил её так сильно, как в этот момент.
Светлана повернула голову и посмотрела прямо на Дмитрия сквозь мокрые ресницы. Голос был хриплым, но спокойным:
— Видишь... меня всю обоссали...
Мужчины закончили. Светлана лежала в небольшой тёплой луже, вся мокрая, блестящая, грязная. Она медленно провела руками по своему телу ещё раз, размазывая жидкость, и тихо, почти счастливо прошептала:
— Вот теперь... я действительно вся ваша.
Мужчины помогли Светлане подняться.
Она стояла на слегка дрожащих ногах, вся мокрая и липкая. Сергей заботливо поддержал её под локоть.
Учительница биологии