с выступающими мышцами на спине, длинная Яна в чулках с кружевом, мягкая Марина с округлыми бёдрами.
Это было красиво. По-настоящему красиво. Как в каком-то дорогом эротическом кино, где всё снято со вкусом, без пошлости.
Я перевела дыхание и посмотрела в другую сторону. Денис тем временем стянул с Юли топ, и её большая грудь вывалилась наружу. Он сжал её руками, припал губами, и Юля застонала громко, откинув голову назад. Она сама расстегнула его ремень, спустила джинсы.
На другом диване Инна с Юрой уже не только целовались. Юра стянул с неё серебристое платье, оно упало на пол, и Инна осталась в одном белье — кружевном, чёрном, очень красивом. Он смотрел на неё так, будто видел что-то невероятное. Провёл рукой по её спине, по плечам, спустился ниже, сжал ягодицу. Инна выгнулась, прижимаясь к нему, и сама потянулась к его ремню.
Музыка играла всё так же мягко, но теперь под неё слышались другие звуки — влажные поцелуи, вздохи, стоны, шорох кожи по дивану. В комнате пахло потом, духами и чем-то ещё, сладковатым.
Как в кино. Как по ту сторону экрана. Я была здесь, но не с ними. Просто наблюдатель. Просто девочка на диване, которая смотрит порнофильм в реальной жизни.
Я никогда не была с мужчиной. Мне девятнадцать, а я до сих пор девственница. Не потому что недотрога или принципиальная. Просто так сложилось.
Я начала мастурбировать лет в шестнадцать, как все, наверное. Сначала случайно, потом специально. В своей комнате на Рублёвке, по ночам, когда все спали. Потом в Сити — здесь вообще никто не мешал. Я изучила себя вдоль и поперёк, знаю, где и как трогать, чтобы было хорошо. Иногда смотрю порно, иногда просто фантазирую. Но это всегда одна.
В семнадцать у меня появился мальчик. Коля, учился со мной в параллельном классе. Высокий такой, симпатичный, с добрыми глазами. Мы встречались почти год. Всё началось с поцелуев после школы, потом он провожал меня до машины, мы прятались за углом.
Потом пошли поцелуи с языком, его руки у меня под футболкой. Мы лазили по заброшкам, целовались в подъездах, один раз даже в кинотеатре на последнем ряду. Я помню его пальцы, которые первый раз залезли мне в трусы, как я тогда замерла и задышала часто. Он гладил меня там, а я боялась дышать. Было приятно, но страшно.
Мы занимались петтингом — он меня трогал, я его трогала. Я помню его член в своей руке — твёрдый, горячий, как он вздрагивал, когда я проводила пальцами по головке. Он тоже трогал друг друга, доводили до оргазма пальцами.
Дальше дело не пошло. Я хотела, правда хотела. Мы даже обсуждали это, планировали, когда будет подходящий момент. Но как раз тогда у папы начались те самые проблемы с партнёрами. Он вызвал меня к себе, сказал, что теперь я под усиленным контролем. Алексей стал сопровождать меня везде, даже в школу и из школы — минута в минуту. Коле я сказала, что всё сложно, что надо подождать.
Он ждал два месяца. Потом нашёл другую. Я не виню — сколько можно ждать? Мы расстались по-хорошему, он даже написал потом: «Если что, я рядом». Но я знала, что не рядом. Что я опять одна.
С тех пор прошёл год. Год взаперти. Год без прикосновений. Только мои пальцы, только подушка, только фантазии.
И вот сейчас я сижу на диване и смотрю, как другие занимаются сексом. Вживую. В двух метрах от меня.
Я смотрела на Сашу, который двигался в Яне, на его член, мокрый и твёрдый, на то, как он входит и выходит. Смотрела
Барин, Часть первая.