длятся один месяц. Бывало, ее дикие выходки сопровождались отвратительным поведением. Она срывалась на меня практически по пустякам. Я был новичком во всем этом и просто не знал, что делать.
Я обратился к своей сестре Морин. Она живет в Лос-Анджелесе, но мы иногда общаемся с ней по видеосвязи. Она педиатр, но может дать совет по разным отраслям медицины. Я предположил, что она все-таки врач, и я могу быть честным с ней. Я рассказал ей всю историю, включая тот первый уик-энд.
— Эйден, да, беременность вызывает скачок гормонов у женщины и, следовательно, влияет на ее поведение. Какой она была до беременности? – спросила Морин.
— Понятия не имею, за исключением того вечера, когда я с ней познакомился. В тот вечер она буквально искрила от сексуальной энергии. А потом секс с ее постоянной болтовней не давал мне сосредоточиться. Я был слишком увлечен сексом, чтобы как-то изучить ее.
— Типичный мужчина! – рассмеялась она, - Так ты знаком с ее семьей?
— Я познакомился с ее мамой, и она очень тихая. Она почти ничего не рассказывала, но просто, кажется, рада, что мы продвигаемся с ее дочерью.
— Хммммм. Эйден, мне неприятно это говорить, но, похоже, у нее биполярное расстройство. Она принимает лекарства? Ты не заметил каких-нибудь рецептурных баночек?
— Нет, она сказала, что не принимает никаких лекарств. Она отказалась принимать даже средство от головной боли, когда я однажды предложил ей его. Вот почему она не принимала противозачаточные таблетки, и почему мы оказались в браке, как я понимаю.
— Эйден, ее нужно лечить, иначе твоя жизнь превратится в ад. Говорю тебе! - решила моя сестра.
— Хорошо, но я должен выбрать день, чтобы поговорить с ней об этом, чтобы она не откусила мне голову.
— Скажи, как проходит ее беременность? Как она себя чувствует?
— Не так уж плохо. Сначала была зеленой, сейчас выглядит получше. Думаю, это нормально для шестнадцати недель. Верно? – спросил я.
— Верно. Но давай я проведу небольшой подсчет. Так когда ты, говоришь, ее обрюхатил? - смеясь, она ткнула пальцем в экран, смеясь над своим младшим братом.
— Не помню. Давай, проверю свой телефон и напишу тебе. Спасибо за помощь, сестренка, люблю тебя!
— Я тоже тебя люблю, Эйден. Удачи, - это пожелание прозвучало зловеще для меня.
Я отправил сестре сообщение о дате. Должно быть, она занялась какими-то педиатрическими вопросами о зачатии. Диана уже готовилась к родам. Она также проводила больше времени с мамой, особенно в первые фазы ее биполярного расстройства, если действительно моя сестра была права. Это означало, что я не получал никакого секса, но и на меня не кричали. Если бы не беременность, я бы никогда не стал поддерживать с ней отношения.
Так продолжалось до родов. Однажды утром, на пару недель раньше срока, у нее отошли воды, и мы помчались в больницу. В этом не было необходимости, роды продолжались шестнадцать часов. Наконец на свет появилась прекрасная девочка. Восемь фунтов, девять унций (почти 4 кг.) и густая копна черных волос. Я увидел, как медсестры, принимавшие роды, переглянулись, и я понял, что они обратили внимание на то, что мы с Дианой от природы русые. Тогда я впервые задумался, не обманули ли меня.
Осложнений не было и молоко у Дианы выделялось нормально. Поэтому нас отправили домой. Мама Дианы оставалась с нами некоторое время, и это было хорошо, потому что мне нужно было закончить ремонт в детской, так как наша Эми родилась раньше моих ожиданий. По крайней мере, по моим подсчетам.
На следующий день я позвонил Морин из своего офиса.
В сарае