Через пару минут и я кончил в её рот - она жадно проглотила всё до последней капли, не отрываясь.
Потом мы трахались еще: сначала в киску - глубоко, заполняя её изнутри. А в самом конце, когда силы уже были на исходе, я снова вошёл в её попку. Ольга только слабо застонала и раздвинула ягодицы руками. Я долбил её медленно, но глубоко, пока не кончил в третий раз - уже почти без сил, едва держась на ногах.
Когда я наконец вышел из неё, Ольга просто рухнула на кровать лицом вниз, а потом перевернулась на спину. Ноги её остались широко раздвинутыми. Из попки медленно вытекала густая белая сперма - по внутренней стороне бёдер, на простыню. Грудь тяжело вздымалась, волосы прилипли к мокрому лицу, а на теле были видны следы моих рук, зубов и красные пятна от шлепков.
Она посмотрела на меня совершенно разбитым, затуманенным взглядом и прошептала хрипло, едва слышно:
— Спасибо... что дал мне это почувствовать снова... Я уже и забыла, как это бывает...
Я молча кивнул, тяжело дыша. Поднял с пола шорты, оделся и тихо вышел из спальни, прикрыв за собой дверь.
Дойдя до своей квартиры, я чувствовал странное изнеможение. Не столько от секса, сколько от осознания того, что я получил то, что хотел. И, как ни странно, я чувствовал, что власть Ольги надо мной пропала, как будто я снова вернул себе контроль над собой и своими желаниями. Наваждение прошло. Сняв с себя одежду, я долго принимал душ, пытаясь смыть все следы нашего секса с себя.
Лишь выйдя из душа, я посмотрел на часы. Приближался вечер, мы трахались с Ольгой почти весь день. Сегодня была пятница, значит, мы с женой будем вдвоем: бабушка забирала Кирилла каждую пятницу с ночевкой. Вспомнив о жене, я почувствовал, как в горле пересохло, я не знал, как себя вести и что ей сказать. Но у меня было еще одно дело до прихода жены: съездить в клинику и сдать анализы, к условиям моей жены я относился серьезно.
И я успел сделать это до прихода моей ненаглядной. Не успел я переодеться после поездки в больницу, как входная дверь открылась, и моя супруга вошла в квартиру, звеня ключами. Я сразу почувствовал - что-то не так.
Лена вошла, молча сняла туфли, поставила сумку у двери и подняла на меня взгляд. Долгий, тяжёлый, колючий. В её глазах не было обычной теплоты - только холодная ярость, которую она едва сдерживала.
— Я знаю, что у вас сегодня было, - сказала она спокойно, но в голосе звенела настоящая сталь. Каждое слово звучало как удар. - Внизу, у подъезда, я встретила твою Олю. Она шла с такой довольной, блядской улыбочкой... прямо посмотрела мне в глаза и улыбнулась. Широко. И ничего не сказала. Просто улыбнулась, как будто выиграла главный приз. И эта ее улыбка... Меня это просто выбесило, Саша. Я не думала, что меня так сильно заденет.
Я молчал. Моя жена обычно спокойный уравновешенный человек, но очень редко она превращается в такую настоящую валькирию. И в эти моменты ее боюсь даже я. Однажды я попытался с ней поспорить в такой момент, и лучше бы я этого не делал. Поэтому я просто давал ей высказать все то, что у нее накипело, чувствуя за собой вину.
Она сделала паузу, сжала кулаки, потом медленно выдохнула, пытаясь взять себя в руки. Видно было, что внутри у неё всё кипит. Лена никогда не была ревнивой в обычной жизни, но сейчас её трясло по-настоящему.
Приятный гость