комья земли. Светящиеся органы на груди вспыхнули ослепительно, затем начали гаснуть один за другим. Тёплая, липкая жидкость брызнула на её руки, пахнущая медью и гнилыми грибами. Она держала, вжимая копьё в землю, пока конвульсии не стали слабее, а затем и вовсе прекратились.
Тишина. Только её собственное тяжёлое дыхание, свистящее в горле. Потом шаги — Полина подбежала, широко раскрыв глаза. Оксана подошла медленнее, оценивающе осматривая труп.
«Чистая работа», — хрипло сказала Оксана. В её голосе не было одобрения. Была констатация.
Алиса выдернула копьё. Оно вышло с сопротивлением, с противным чвакающим звуком. Она вытерла наконечник о мох, руки дрожали мелкой, предательской дрожью. Адреналин отступал, и на его место возвращалось всё остальное. Холод ночи. Боль в каждом мускуле. Тошнотворный запах крови, уже знакомый, уже свой.
«Что это было?» — прошептала Полина, присев на корточки, но не касаясь тушки.
«Не знаю», — ответила Алиса. Её тактическое зрение гасло, красные контуры таяли, оставляя лишь обычную, густую темноту леса. Но в углу её сознания что-то щёлкнуло. Тихое, механическое. Она моргнула, и перед глазами всплыл текст, холодный синий свет на тёмном фоне.
Опыт получен: +12 XP.
Цель уничтожена: «Лесно́й ловец» (уровень 2).
Достижение: «Первая кровь нового зрения». Бонус: +1 к восприятию.
Алиса замерла, читая строки. Они были такими же чёткими, как данные тактического зрения, но исходили изнутри, из того самого места, где теперь жил артефакт — холодный, инородный узел под её рёбрами.
«Что?» — спросила Оксана, заметив её неподвижность.
«Система», — коротко бросила Алиса. — «Даёт опыт. Это было второго уровня. Называется „Лесной ловец“».
Полина испуганно оглянулась, как будто слова сестры могли привлечь ещё кого-то. Оксана лишь сжала губы. Её собственный интерфейс был скуп, показывал только базовые параметры. Уровень, здоровье, выносливость. Никаких достижений, никаких бонусов.
«И что теперь?» — Полина встала, потирая руки о бёдра.
«Теперь мы ищем место, где можно перевести дух», — сказала Оксана, уже осматриваясь. — «И воду. У меня во фляге осталось на два глотка».
Они двинулись дальше, оставив тушку ловца медленно остывать в папоротниках. Алиса шла первой, её новое зрение периодически включалось само по себе, выхватывая тепловые следы — маленького грызуна на дереве, клубень червей в земле. Мир раскладывался на слои информации, и это было одновременно ужасающе и пьяняще. Она могла видеть то, что было скрыто. Она могла знать слабые места. Это была сила, чистая и простая. И она росла в ней, как паразит, как благословение.
Через полчаса они нашли ручей. Неширокий, с чёрной, быстрой водой, стекающий по каменистому ложу. Запах был свежий, без химической примеси. Оксана, рискуя, первой попробовала, зачерпнув горстью. Минуту стояла, прислушиваясь к себе. Потом кивнула.
Они пили жадно, падая на колени у воды, зачерпывая ладонями, умывая лица. Вода была ледяной, обжигающей. Алиса почувствовала, как дрожь в руках наконец утихает. Она наполнила флягу, затем отодвинулась, прислонилась к валуну. Ночь была в самом разгаре, до рассвета ещё часа три, не меньше.
«Надо дежурить», — сказала Оксана, уже расчищая небольшую площадку под низко нависающей елью. — «Я первая. Полина, спи. Алиса... отдохни. Твои глаза горят, как у больной».
«Я в порядке», — автоматически ответила Алиса.
«Это не вопрос», — отрезала мать. Её тон не оставлял пространства для спора. Старый тон. Тон участкового, а не сломленной женщины. Алиса почувствовала знакомый укол раздражения, но сил сопротивляться не было. Она просто кивнула, съёжилась рядом с Полиной, которая уже сворачивалась калачиком, положив голову на свёрнутую куртку.
Оксана села спиной к стволу, положила на колени нож — длинный, с широким лезвием, отобранный у одного из людей Сергея. Её взгляд был устремлён во тьму, но Алиса знала —
Принцесса познаёт настоящую мужскую силу.