— Мокрая, — Лайам выдохнул сквозь зубы, схватив Джордан за бедра и вжав её в лавку. — Горячая. И сжимается... — Он резко вогнал в неё член до упора, заставив её вскрикнуть. — Охуенно сжимается. Лучше чем Тонька.
Смешки прокатились по раздевалке.
Толчки Лайама стали хаотичными, прерывистыми. Внезапно он вжал Джордан в лавку всем весом, с кряхтеньем вогнав в неё член до самого основания. Она почувствовала, как его тело напряглось, как сперма наполняла её — очередной раз за день. Он продержался так несколько секунд, потом со вздохом отстранился, вытаскивая свой член.
— Следующий, — бросил он с усмешкой, вытираясь о её лосины, лежащие рядом.
Стив не заставил себя ждать. Он уже спустил штаны, и теперь, толкая парней плечом, пробиваясь к ней. Джордан не могла вспомнить, трахал ли он её сегодня — час в 12-Б слился в одно мутное пятно, наполненное одинаковыми телами, одинаковыми толчками, одинаковым вкусом во рту.
Стив навалился на Джордан всем телом, и её руки сами потянулись к нему, обнимая его спину. Пальцы впились в его потную кожу — движение настолько естественное, что даже её мозг не успел его осознать.
— Да вы гляньте на неё, — Стив рассмеялся, начиная двигаться. — Она же сейчас кончит подо мной, блядь.
Его слова прожгли Джордан, как раскалённое железо. Её тело сжалось вокруг него в ответ — горячее, влажное, живое. В горле встал ком, она заплакала. Но даже так её бёдра каждый раз встречали его, подаваясь вперёд.
Стив ошибся. Джордан не кончила под ним. Она кончила под третьим — под тем, чьего лица даже не увидела, когда закрыла глаза от стыда и отчаяния. Она не знала, кто вошел в нее, чьи руки сжимали ее бедра, чей член двигался внутри. Она была просто отверстием, теплой дыркой, куда они по очереди сливали свою сперму. И самое ужасное — ее тело реагировало на это как на что-то... желанное. Когда оргазм был совсем близко Джордан обхватила парня ногами, чтобы тот вошел в особенно глубоко. Он был крупнее, толще, и каждый толчок заставлял её внутренности сжиматься в ответ. Она не знала, кто это, но это уже не имело значения. Она была просто мокрой дырочкой, и её тело знало своё место.
Все вокруг засмеялись. Джордан открыла заплаканные глаза — на ней был Джим, высокий чернокожий парень из её класса. Его ладони, грубые от баскетбольных тренировок, сжимали её бёдра, а толстый член всё ещё двигался внутри неё. Он довольно ухмылялся, наблюдая, как её тело дёргается в последних спазмах оргазма.
— Вот блядь, — прохрипел он, не сбавляя темпа. — Ты прям как резиновая кукла, Джей. Захотел — надул, захотел — кончил. Хули ты раньше-то не давала?
Лайам, разумеется, стоял рядом с телефоном и снимал её позор. Он поднял большой палец, показывая ей экран: её собственное лицо, искажённое смесью наслаждения и отчаяния, её тело, обмякшее под Джимом и её ноги, оплетающие его.
Когда Джим закончил, вытаскивая из Джордан свой мокрый член с характерным хлюпающим звуком, в раздевалке на секунду воцарилась странная пауза. Следующий в очереди парень — рыжий Финн из школьного театрального кружка — вдруг махнул рукой и стал одеваться.
— Да ну нахуй, — пробормотал он, натягивая джинсы. — У меня же Лизка. Она мне голову оторвёт, если узнает, что я этих шалав ебал. К тому же вы в неё уже накончали.
Джордан, всё ещё лежащая на лавке с раздвинутыми ногами, почувствовала, как её лицо горит от стыда. Её киска действительно была залита спермой трёх парней — тёплая
Возвращение