рассыпались по плечам. Ратвен смотрел на него снизу вверх, его холодные пальцы сомкнулись на женственной талии Марка, направляя ритм и глубину проникновения.
Марк с жадностью насаживался на член барона, его собственный ствол скользил по холодному животу Ратвена, оставляя блестящие полосы. Дыхание сбилось, стоны стали громче, женственный голос звенел в тишине спальни.
Барон внезапно подался бёдрами вверх, входя особенно глубоко, и замер. Его пальцы сжали талию Марка с нечеловеческой силой. Марк почувствовал, как внутри него пульсирует член Ратвена, изливая холодное густое семя. В тот же миг его собственное тело выгнулось дугой – с губ сорвался крик, и горячие белые струи ударили в его грудь. Сперма потекла по набухшим соскам, залила ложбинку между грудей, закапала на живот барона.
Именно в этот момент Ратвен резко приподнялся. Его ледяные губы прижались к шее Марка, туда, где кожа была особенно тонкой, где бился учащенный пульс. Клыки удлинились, прокусили плоть с влажным хрустом. Марк вскрикнул снова – на этот раз от резкой боли, которая почти мгновенно сменилась волной обжигающего, парализующего наслаждения. Он чувствовал, как барон пьет – ритмичными, медленными глотками, – и с каждым глотком тело Марка наполняла странная, звенящая сила.
Ратвен оторвался от шеи. Его губы были алыми от крови, глаза сияли торжеством. Он заглянул в глаза Марка – теперь такие же темные и бездонные, как у него самого.
– Теперь ты один из нас, – произнес барон, и голос его эхом отозвался где-то в самой глубине сознания Марка. – Ты пил мое вино, ел мою пищу, спал в моей постели и принял мое семя. А теперь – ты принял моё благословение. Ты больше не человек.
Он провел холодным пальцем по щеке Марка, стирая выступившую слезу.
– Ты моя невеста. Моя навеки. Скоро ты проснешься по-настоящему, и весь мир будет лежать у твоих ног. А пока – спи.
Марк почувствовал, как сознание заволакивает сладкая, непреодолимая темнота. Последнее, что он увидел – удовлетворённую, хищную улыбку барона, его алые от крови губы. А потом наступила тишина, и он провалился в сон, который не был сном.
– Ого, мам, как тебе такое в голову пришло? Я бы до такого не додумался.
– А до чего бы додумался?
– Ну... Слушайте.
Молодой человек по имени Джек ехал в древний фамильный особняк, который он недавно получил в наследство от своего почившего дальнего родственника. Он не планировал переселяться в него, а только хотел осмотреть особняк перед продажей.
Дом находился в лесу, вдали от населённых пунктов и Джеку пришлось долго до него добираться. Он прибыл на место, когда солнце уже заходило за горизонт.
Остановив машину прямо у входа, он оглядел старинный особняк. Это было мрачное трёхэтажное строение, которому было минимум двести лет. Джек открыл дверь полученным у адвоката ключом и вошёл в пустой дом. Изнутри он казался даже больше, чем снаружи. Молодой человек оглядел несколько комнат и прошёл в просторную гостиную. Там над камином висел портрет невероятно привлекательной молодой девушки. В углу портрета было имя "Элеонора".
Под портретом на каминной полке лежала книга в кожаной обложке, привлекшая внимание Джека. Это была книга с генеалогическим деревом, в самом низу которой, Джек обнаружил себя. Это его насторожило, ибо он даже не подозревал о существовании этого дома и о том, как его почивший родственник мог узнать о нём. Также он отыскал в книге имя девушки с портрета. Она оказалась его прямым предком, прапрапра- в общем, несколько раз "пра" бабкой. Он вернул книгу на место и отправился искать подходящую для ночлега комнату.
Он проходил мимо однотипных дверей, заглядывая в каждую и в
Порка мальчика в аэропорту