Каждый новый взмах языка пса вызывал пульсирующие ощущения, по всему телу Вероники. Каждое ласкающее движение, казалось, отзывалось глубоко внутри ее влагалища и проникало, до самого основания. У Вероники, от природы были очень продуктивные железы, для вагинальной смазки, однако прелюдия Екатерины, ее горячие, грязные разговоры и этот длинный, горячий, умелый язык заставили естественные соки Вероники хлынуть, как Сибирские реки весной. Вероника рассудила, что этот язык, ласкающий ее разгоряченное влагалище, лучше, чем член ее мужа. Это осознание и размышления, о том, кому принадлежит такой умелый язык, заставили разум Вероники закружиться, от похотливых мыслей.
Язык проникал все глубже и глубже. Сначала, во влагалище Вероники, а затем в ее анус. Длинный, влажный, горячий кусок плоти омывал своим теплом влагалище, анус, половую щель и клитор Вероники. Она чувствовала горячее дыхание на ягодицах и легкое покусывание зубов. Казалось, язык обвился вокруг клитора Вероники. Когда язык «Разматывался», вокруг клитора Вероники, возникало ощущение, будто капюшон клитора откручивается, от ее туловища. Вероника визжала и извивалась, когда это происходило. Ее влагалище сокращалось, пытаясь зажать и втянуть язык глубже.
— Я сейчас кончу! — завыла она. Екатерина остановила пса, который лизал её. Она быстро шлёпнула Вероникуm по ягодицам и вагине. «Стоп!», — приказала она. «Ты не можешь кончить!».
Вероника умоляла, но натиск вторгшегося языка не начался. Тело Вероники дернулось.
Екатерина приподняла голову Вероники и медленно, нежно поцеловала её в губы. Отстранившись на несколько сантиметров, Катя посмотрела в прекрасные глаза Вероники.
— Сохраняй спокойствие, дорогая. Думай, только, о том восхитительном ощущении, которое дарит тебе этот язык.
Екатерина осторожно позволила Веронике повернуться. Молодая беременная женщина пристально посмотрела в мягкие карие глаза огромного пса. Как у юного мальчика, язык массивного пса высунулся изо рта. Вероника сглотнула слюну. Ее голос дрожал, когда она спросила: «Ты... Ты... Ты позволил собаке лизнуть меня. Как... Как ты могла, как ты могла это сделать?».
— Дорогая, прежде чем я позволила тебе повернуть голову, если бы я позволила языку продолжать, ты бы этого хотела?
— Да... Наверное... Думаю, да, — прошептала Вероника.
— Значит, тебя беспокоит не сам язык, а то, откуда он исходит?
— Разве это не то же самое оправдание, которое ты использовала, когда наконец поняла, что это не я тебя лижу?
— Да, именно так, — снова прошептала Вероника.
— Так что, теперь, когда ты знаешь, что это язык моего пса дарит тебе все эти чудесные ощущения, и пёс собирается вылизать тебя, до лучшего оргазма, за последние месяцы, ты все еще хочешь, чтобы я его остановила?
— Я, Я... Наверное, нет, — послышался слабый ответ.
— Хороший выбор! — сказала Екатерина.
— Потому что я хочу показать тебе, что ещё приготовил, для тебя, мой пёс.
Екатерина велела огромному псу поставить передние лапы на диван. Катя направила взгляд Вероники на длинный, толстый, красный член, тяжело свисавший из-под живота пса.
— Посмотри на этот член, девочка моя. Этот член заставит тебя кончить раз 30, прежде чем закончит с тобой. Этот член испортит тебя, для любого мужчины. Этот член будет владеть тобой и твоей вагиной. Ты будешь идти, бежать или ползти через весь город, чтобы добраться, до этого члена. Ты это знаешь, и я тебя знаю.
Каждое слово было подобно раскалённой кочерге, вонзающейся в вагину и сердце Вероники. Она знала, что её подруга права. Она знала, что будет умолять его о собачьем члене. В глубине души она это знала, но хотела отрицать. Но не могла. Член завладеет ею.
Вероника посмотрела на эрегированный собачий член. Невольно она облизнула губы. Екатерина усмехнулась, а затем протянула руку, чтобы схватить Веронику, за предплечье.
Похотливые сестрёнки