которые были отнюдь не в отъезде, а где-то там же, неподалёку. Почему они позволили им это? Не втихаря же… да и тихо не было даже близко.
И почему меня в процессе не занимали все эти вопросы? Я ведь трахал не только сестёр, а и своих замужних тёток и даже родную маму – но не имел по этому поводу ни сомнений, ни угрызений совести, ни страха быть пойманным разгневанными рогоносцами - одно лишь желание, страсть и похоть озабоченного самца… и странную уверенность что я имею на все это право.
— Боже ж ты мой… - вырвалось у меня, вдобавок к дрожи, холоду и жару одновременными волнами распространяющимся по телу, от осознания произошедшего и на время забытого, - так я вас всех…
Слова застряли в горле, мысли скакали, картинки выстраивались в ряд, потом смешивались, я уже даже засомневался, что порядок был такой и что он вообще был, может-таки приснилось? Но мама не дала мне как следует подумать обо всем этом, быстро переключив мысли на себя:
— Да всех… Наш обряд посвящения ты прошёл с честью. Маловероятно что подобное повториться, так что вспоминай почаще, это была твоя звёздная ночь, - улыбнулась она, - мне было мало, ведь пришлось делится… но сегодня ты только мой!
На слове «сегодня» она скинула халат с плеч. Он скользнул сразу на пол, мама успела опустить руки и ткань быстро как вода «стекла» по телу к ногам. Сразу после этого мама вновь подняла руки, широко расставив их, одновременно как бы показывая себя и приглашая меня в объятия.
Но при всем желании я не смог сдвинуться с места, потому что под халатом, на шикарном теле мамы, оказалось нечто умопомрачительное. Про блядские чулки в крупную сетку я имел представление – но на маме был такой «чулок» на все тело!
Вся её вкусная фигура была обтянута сеткой ярко красного цвета – с одной стороны она была обнажена, с другой в нужных местах сетка была помельче, создавая видимость трусиков, лифчика, корсета и чулок, но все было единым целым и абсолютно прозрачным!
— Папа и Лиза?.. – из последних сил напомнил я про могущие нам помешать факторы, хотя уже понимал, что мама не вела бы себя так, без весомой причины.
— Мы одни... – улыбнулась она, - они уехали в гостиницу, расслабься.
— В гостиницу? Зачем? – не унимался я.
— Затем! – хихикнула мама и устав ждать подошла вплотную, - замолчи и завали меня уже…
Она сразу лишила возможности говорить, припав к губам своими, сделав это страстно, вдобавок плотно прижалась всем телом. Так что я сразу потерял интерес ко всему кроме него.
Целуя маму, я гладил и мял пышную попку и большие мягкие груди, а она сразу завладела членом, но не дрочила, а просто нежно тискала пальцами, сжимая ствол ладошкой и слегка оттягивая – будто доила.
Совокупность всего этого завела до такой степени что я сделал с мамой именно то, что просили, довольно грубо завалив на постель, причём упали мы одновременно. Поцелуй не прекратился, мама выдохнула мне в рот воздух, выдавленный моим весом, но не возразила и обхватив ножками ещё плотнее прижала к себе.
Но я высвободился и припав лицом к бутону, просто раздвинув эластичную сетку, принялся тщательно изучать и ласкать каждый миллиметр лепестков и половых губ, которые целовал не менее страстно чем верхние. Маме понравилось так, что она, вскрикивая дёргала ножками, мешая мне. Как не старался я придерживать бедра руками.
Процессом увлёкся, буквально прилип к клитору, очень хотелось довести маму до оргазма языком, но в
Месть за собственную ошибку