Обратная дорога домой прошла на удивление спокойно, и Энди получил возможность поболтать и расслабиться с Фионой, в то время как Нико и Алексис были в основном сосредоточены на дороге и окружающей обстановке. Он находил их внимание к деталям и точность почти сверхъестественными, поскольку они были уверены, что никогда не повторят один и тот же маршрут дважды, даже если это означало, что они добавляли к поездке несколько минут здесь и там. Нико сказала им, что лучше всего научиться быть непредсказуемым, потому что это означает, что люди не могут сидеть в засаде на заранее определенном маршруте. Энди сказал ей, что ему это кажется маловероятным, но она указала ему на то, что Фил не раз попадал в засаду, и самая последняя была в стенах Нового Эдема, о чем Энди почти жалел, что Нико ему рассказала.
Предполагалось, что Новый Эдем станет надежным убежищем, местом, где они будут защищены от кошмаров реального мира, но чем дольше Энди здесь пробыл, тем больше он убеждался, что просто сменил одну проблему на другую. Не было такого понятия, как идиллический мир - вот почему они были идеалами.
Другая клетка, другая позолота, но те же прутья.
Несмотря на ноябрь, жара снова усилилась, и кондиционер в "Тесле" заработал примерно на полпути к дому. Фиона закончила переписывать все свои заметки о встрече с Пайпер несколько дней назад и попросила у Энди разрешения перепечатать его письмо слово в слово в своей будущей книге, о чем Энди сказал, что ему нужно подумать, но знал, что в конце концов он, вероятно, согласится, тем более что Фиона уже планировала написать о печально известной игре в покер, которая оказала огромное влияние на его жизнь.
Он надеялся, что в этой истории у него все получится, но знал, что ввязываться в это дело очень предосудительно, даже по самым благородным причинам.
Машина вернулась на их территорию всего через несколько минут после полудня. Хотя казалось, что на то, чтобы запечатлеть Еву на Натаниэле, ушло несколько дней, на самом деле в доме, где скрывались Ева и двое русских, прошло всего около получаса. Большую часть оставшегося времени они были в пути: от Рук-Мэнор до Уоткинс-Мэнор, а затем до дома Сергея и обратно. Все это время они никогда не выбирали самый прямой или очевидный маршрут.
— Что с кровью? Ты ее не потеряла? - Спросила Алексис, когда они все начали выходить из машины.
— Я не теряла эту чертову кровь, - вздохнула Нико, закатывая глаза и хватая маленькую коробку-холодильник, в которой хранилась кровь. - Я хотела спросить, Лекси. Ты все еще очень чувствительна? Я знаю, что эти новые нервы, вероятно, немного напряжены.
— Они сильно уменьшились, но кожа все еще немного нежная, как в том месте, где сошел солнечный ожог, но трогать ее все равно приятно, - сказала она, когда они возвращались домой. - Так что да, чувствительная, но не настолько, чтобы быть изнурительной.
Энди ничего не мог с собой поделать, поэтому он быстро подкрался к Алексис сзади и прижался губами к ее шее, которая совсем недавно была покрыта шрамами, небрежно поцеловав ее, когда она напряглась и слегка вздрогнула, потянувшись назад, чтобы положить руку у него на затылке.
— Черт возьми, это так приятно, - пробормотала она, прежде чем Энди, наконец, отстранился. - Надеюсь, это не пройдет совсем, потому что у меня появилось приятное сексуальное возбуждение.
— О, это происходит каждый раз, когда Энди прикасается ко мне, - возразила Нико.
— Мммм... Я имею в виду, это всегда здорово, но это даже более чувствительно, чем
Колготки