самый момент я услышал шаги из коридора, который вел к тому крылу, где находился я и моя мама с Саньком. Кто-то шел в нашу сторону.
Дерьмо!
Мне пришлось отойти от двери и спрятаться. То есть, я хотел спрятаться, но не успел. Грозный голос учительницы алгебры заставил меня замереть на месте.
— Ты чего тут делаешь?! Ты в курсе, что по школе шастать нельзя! А-ну иди ко всем остальным!
— Да я просто...
— Иди, я сказала. Поговори мне еще тут...
Я торопливым шагом пошел в ее сторону, оставляя маму позади. Слышала ли она голос учительницы? Слышала ли она мой голос? Поняла ли, что это я?
— С тобой еще кто-то был? — спросила алгебраичка, когда я поравнялся с ней.
— Нет, я был один.
— Один? Что ты тут делал?
— Да я... в туалет хотел... А он закрыт.
— Иди в спортзал. И чтобы больше никуда не ходил. Понятно тебе?
— Да, я понял.
— Что за дети пошли... Говоришь им, говоришь, а им хоть бы что. Сами себе на уме...
Я прибавил шага, чтобы поскорее избавиться от нудного голоса учительницы. Я чувствовал досаду из-за того, что не смогу больше подслушивать за мамой, но ничего поделать с этим не мог. Я должен был вернуться в спортзал ко всем остальным. А мама...
Маму я встретил через минут тридцать. Она вошла в спортзал и объявила о том, что дискотека подошла к концу, и что всем нужно сворачиваться и идти домой. Выглядела она при этом немного помятой и покрасневшей. Ее волосы слегка завились и теперь кудрявились, судя по всему во время всего происходящего она вспотела. Одежда тоже в некоторых местах была помятой, хотя, может, я просто преувеличивал, зная, что она делала всего несколько минут назад с одним из школьников.
Саню я тоже встретил. Когда наши взгляды встретились, он улыбнулся мне. Его улыбка... она говорила обо всем. В ней читалась надменность, какое-то превосходство... она была словно смешок над кем-то более жалким.
— Нам пора домой, — подойдя ко мне, сказала мама.
— Угу, — ответил я, смотря на нее и вспоминая все, что я слышал и о чем фантазировал. — Пойдем домой.
****
После той дискотеки в честь Нового Года все изменилось. Изменился как я, так и моя мама. Даже мои одноклассники изменились. Стали более наглыми, что ли. И более смелыми. Причем все, а не только Санек. Скорее всего, он всем рассказ про то, что делал с моей мамой в туалете, и теперь все думали, что моя мама способна на что-то развратное.
Меня это сначала не напрягало. Я даже был рад, что все так. Ведь это именно то, чего я хотел. Но потом... я начал бояться. Что, если я тем самым испорчу жизнь своей маме? Что будет, если мои одноклассники осмелеют настолько, что решат перейти границы. Да, я хотел этого раньше, но сейчас... Мне кажется, раньше я не понимал всего масштаба того, чего мне хотелось. Я-то думал, что моя мама потрахается с кем-то из школьников, будучи пьяной, и на этом все. Но теперь я понимал, что, если это произойдет, то для мамы последствия будут, мягко говоря, ужасными. Об этом ведь сразу все узнают. И потом начнут к ней приставать. Возможно, даже шантажировать. И что потом?
Я стал чаще замечать, как одноклассники подглядывают за моей мамой. Они поджидали ее везде, но излюбленным местом была лестница между вторым и третьим этажом. Мама почти все свои уроки проводила именно на третьем этаже, где находился ее кабинет, а учительская, в которую она была вынуждена ходить каждую перемену, находилась на
Хочу вернуть былое. Часть 2