здорово. Трахаться с мужчиной, который достаточно стар, чтобы быть моим отцом, заставляет меня быть такой мокрой. — Она наклонилась вперед и пронзила своим сокрушающим душу голубоглазым взглядом. — Особенно потому, что это — ты. Это превращает всё из просто горячего в откровенно жгучее.
Я откинулся на спинку кожаного кресла, чтобы оставить между нами некоторое расстояние. Мое сердце билось так сильно и быстро, что я едва мог дышать. Если бы это продолжалось дольше, мое сопротивление просто рухнуло бы.
— Твой отец никогда бы не одобрил, если бы я поимел его младшую дочь. Это позорит его память, и я никогда не смогу себе этого простить.
Лилли хихикнула, встала и пересекла комнату, сократив расстояние между нами.
— Папы здесь больше нет, — сказала Лилли. Она остановилась передо мной и протянула руки, взяв мои ладони в свои. — Кроме того, ты уже использовал этот сомнительный аргумент против Брук. Теперь посмотри на себя. Последнее, что сказал мне папа, это то, что я должна найти мужчину, который будет относиться ко мне с любовью и уважением. Дэнни, даже если ты не признаешь этого, я знаю, что ты любишь меня. — Она погладила тыльную сторону моих рук большими пальцами. — И никто никогда не будет уважать меня так, как ты. С тобой я чувствую себя в безопасности, и мысль о том, чтобы кинуться в твои объятия, заставляет бабочек порхать в моем животе. — Ее глаза осоловели от нескрываемого вожделения. — Ты такой чертовски горячий. Я вся мокрая, когда думаю о тебе.
Сердце колотилось, и я облизывал сухие губы. Перед ней невозможно было устоять, и я проигрывал битву. Она брала вверх надо мной, и мы оба это знали.
— Когда я сказал, что ты слишком юна, я имел в виду, что у тебя вся жизнь впереди. У тебя будет много парней, любовников и даже муж. Ты должна испытать все это сама. Что будет с нашими отношениями, если мы усложним их сексом? Я не хочу мешать тебе строить твое будущее, и я всегда хочу быть частью твоей жизни.
Лилли придвинулась ближе, пока тепло ее тела не омыло меня, и мой член не вспух внутри моих сухих плавок.
— Ты доверяешь мне, Дэнни?
— Ты знаешь, что доверяю, — сказал я.
— Тогда у нас уже есть фундамент для прекрасных отношений. Доверься мне, чтобы знать, что у меня на сердце. — Она переплела свои пальцы с моими и прижала наши ладони друг к другу. — Знаешь, почему я так дразню всех этих мальчиков?
Мое сердце стучало в ушах, а во рту пересохло. Я не доверял себе, чтобы ответить ей. Вместо этого я молча смотрел в ее глаза, теряя себя в двух кипящих гейзерах чистой любви.
Лилли приблизилась, проскользнув между моих раздвинутых ног, затем наклонилась и прошептала мне на ухо.
— Хочешь узнать мой секрет?
Ее теплое дыхание проникало в мое ухо и спускалось по шее, вызывая мурашки по бокам моего тела. Мой член забушевал в шортах, пульсируя и подергиваясь, пока мой взгляд блуждал по пышным изгибам её округлостей. Трахните меня. Я хотел ее так, как никогда никого не хотел.
— Да... — Это слово вырвалось из моих пересохших губ, хриплое и неровное, мой голос был едва громче шепота.
На другой стороне кухни открылась раздвижная стеклянная дверь, и босые ноги прошлепали по кухонной плитке. Послышался голос Бринн, который разрушил наши чары.
— Лилл, Чед направляется сюда. Он хочет поговорить, — сказала Бринн. — Извините, что беспокою вас, ребята, но я подумала, что вы должны знать.
Наташка