— Потом...он взял член в руку...и стал двигать вверх и вниз, - шепчет Аня глядя на меня, - А потом я убежала.
— Понятно, - я незаметно поправил стояк в штанах, член уже стоял как камень. И мешался, - Давайте вернемся к вопросу о сексуальности. Анечка, посмотри на маму и скажи, тебе нравятся ее ножки?
Аня не ожидала такого вопроса. Она задумчиво посмотрела на маму, на ее ножки. Ларисе было ужасно не ловко, она смущенно пыталась прикрыть колени, проклиная решение одеть такое короткое платье на визит к врачу.
— Да, конечно, - тихо ответила Аня.
— Опиши их.
— Они такие...длинные, стройные...подтянутые... - Аня с интересом разглядывала ноги мамы. Лариса покраснела еще больше, сосочки готовы были порвать платье.
— Анечка, не надо так...
— У мамы ножки как у фотомодели.
Аня настолько задумалась, что непроизвольно стала гладить свои ножки. От колена и выше по бедрам. Она непроизвольно чуть раздвинула ножки.
— Очень хорошо. Ты видишь и понимаешь чужую сексуальность. Теперь обратный вопрос. Лариса, а вам нравятся ножки дочери? Как вы их опишите?
К моему удивлению Лариса больше не возмущалась. Она прерывисто дышит, смотри на дочку с новым для нее взглядом. Видит, как у нее встали колом сосочки, как разошлись ножки. Ее ножки тоже немного разъехались в стороны, обнажая еще больше плоти. Я почти вижу ее трусики и мой стояк готов порвать штаны. Эти две дамы сводили меня с ума своей природной, животной сексуальностью. Но дело было в том, что они этой энергии не осознавали и не чувствовали....До этого дня.
— Ее ножки...такие невинные, стройные...бедра грациозные...можно хоть скульптуру ваять. У тебя прекрасные ножки милая. Почему я до этого не замечала?
— Спасибо мамочка, - выдохнула Аня.
— Прогресс на лицо, - потер я ладони, - Давайте переходить на финальный этап. Вы осознали свою сексуальность, теперь ее надо прочувствовать. Я хочу чтобы вы обе разулись.
Я прекрасно видел, что эти женщины перешли полностью под мое влияние. Лариса расстегнула верхнюю пуговку на платье, ей было жарко, хотя кондиционер работал на всю. Она посмотрела на меня, ее взгляд как будто заволокло туманом. Она медленно сбросила босоножки. Аня последовала ее примеру и сняла кеды. Теперь они сидели босые и смотрели на меня.
— Очень хорошо. Скажи Анечка, ты бы хотела поцеловать мамину прекрасную ножку?
Лариса тихо ахнула, ее глаза расширились, но она промолчала. Только переводила взгляд с меня на дочь и обратно.
— Если честно...то да, - Аня робко смотрит на мамины ножки, прикусив губу.
— Лариса, вытяните одну ножку в сторону дочери, пусть она поцелует ее.
Мама в задумчивости смотрит на Аню, по глазам видно, что она принимает сложное решение. Потом смотрит на меня, на мой бугор в штанах. И медленно тянет свою идеальную ножку к дочке. Ее платье полностью задирается, я вижу ее белые кружевные трусики и мокрое пятно посередине. Мамочка потекла.
Аня, берет в дрожащие руки мамину ножку, смотрит ей в глаза.
— Она прекрасна мамочка, - улыбается Аня и робко целует ступню, проводит язычком по пальчикам.
Лариса непроизвольно стонет и выгибает спину. Такого она не испытывала никогда. Ее собственная дочь лижет ей ноги. Наслаждение электротоком пробежало по позвоночники сверху вниз и растеклось в промежности.
— Анечка, не надо..., - шепчет мама, - Это так...неправильно.
Я смотрю на них поглаживая свой стояк через штаны. Аня все больше увлекается процессом. Я вижу что ее шортики тоже намокли, а сосочки встали еще больше.
— Лариса, скажите, ваш муж лизал когда-нибудь ваши ножки?
— Нет, никогда, - она запрокинула голову, тяжело дышит, - Он давно ко
Клуб больших членов