происходящего никуда не делся и остался со мной. И я ничего не мог с этим сделать. А еще я понял, что я никогда в жизни еще не возбуждался так сильно. А уж то, что это произошло в ситуации, когда одетая и уверенная в себе женщина сидя рассматривает меня, стоящего перед ней со спущенными брюками, было не просто неожиданностью, а граничило с шоком. Потому что я понимал, что возбуждает меня именно такая ситуация, и стыд с ней связанный.
Ира
Я некоторое время наслаждалась зрелищем и явным ощущением внутренней Юриной беспомощности и неуверенности, которые я сумела внушить ему. И которые, просто сквозили изо всех щелей. А еще я понимала, что сейчас могу сделать все, что мне захочется и он не станет сопротивляться. Это потом уже, позже стыд перевесит возбуждение, и он задумается, правильно ли он себя вел. Он посмотрит на то, что делал совсем с другой стороны. Ему даже станет противно в какой-то момент от того, что он делал то, что делал. Но пока он так сильно возбужден, он в моей власти, и я понимала, что мне пора сделать первый шаг, чтобы получить именно такого мужчину, которого я хочу получить.
Юра, я бы хотела (на этом слове я сделала ударение), чтобы ты потрогал себя сейчас - произнесла я ровным и уверенным голосом, добавив в него небольшую (совсем небольшую, но так чтобы она была заметна) толику приказного тона.
И Юра выполнил мою просьбу-приказ (в чем я правда и не сомневалась) и, достав правую руку из-за спины, он начал неуверенно поглаживать ствол своего эрегированного члена.
Смажь ладонь! - мой голос был хриплым от возбуждения.
Он облизнул ладонь несколько раз языком, и я сразу подумала, что он должен уметь им хорошо работать. Впрочем, если и не умеет, то будет учиться (спойлер - умел неплохо, но теперь научился идеально). Юра тем временем плотнее обхватил свой член. И я еще раз поняла, насколько он хорош в плане размера. Немаленький Юрин кулак со сбитыми костяшками прикрывал член едва ли наполовину. Он плавно водил рукой вдоль члена, постепенно ускоряясь. И вместе с этими движениями, он начал тяжело и часто дышать, откинув голову назад и закатив глаза. И в какой-то момент тугая струя спермы выплеснулась куда-то вперед, а через несколько секунд, Юра открыл глаза, посмотрел в камеру и снова пунцово покраснел.
Я посмотрела ему в глаза, насколько позволяло разрешение камеры, а потом выдохнула в микрофон возбужденным хриплым шепотом: “Спасибо, на сегодня все”, и отключила связь.
Юра
Я стоял перед камерой все еще держа в руках опавший уже член и совершенно не понимал, что происходит. Поняв, что сеанс связи завершен, я дошел до ванной, вымылся весь, не торпясь растерся полотенцем, натянул брюки, вытер с пола свою сперму, а потом сел в кресло и задумался. Чем больше я думал, тем больше понимал, как глупо и нелепо я выглядел сегодня в этой ситуации. И насколько возбуждение перебило все тормозные шланги, заставив меня делать вещи, за которые любому нормальному мужику должно быть стыдно. Я встал, взял стакан, налил на два пальца любимого Лафрога. И сразу сделал большой глоток. Вязкая жидкость немного обожгла горло и обдала теплом желудок, оставив в воздухе запах креозота. “Но ты же был сильно возбужден” - вдруг прорезался внутренний голос. Я попытался заткнуть его еще одним глотком благородного напитка. “И тебе на самом деле понравилось это сочетание возбуждения и стыда за то, что ты делал” - внутренний голос не унимался. Я сделал еще глоток, и сразу же долил в стакан
Поздней весной