дорогу. В конце он сказал что-то такое, от чего мама тихо засмеялась и ответила чуть игривым голосом. Андрей понял — отец явно соскучился по ней в интимном плане.
Когда разговор закончился, Наталья вернулась к столу и посмотрела на сына.
— Папа сказал, что послезавтра, скорее всего, уже будет дома, — сказала она и вдруг заметила выпуклость в его джинсах. — Андрюш, почему ты в джинсах дома? Разве тебе не неудобно? Иди, мой мальчик, переоденься в спортивные штаны, будет комфортнее.
Андрей кивнул и пошёл в свою комнату. Как только он снял тесные джинсы, его толстый, возбуждённый член сразу заметно оттопырил тонкую ткань серых спортивных штанов. Он посмотрел вниз и тяжело выдохнул — скрыть это было практически невозможно. Член стоял колом, головка уже немного промочила ткань.
Когда он вернулся в зал, мама ещё мыла посуду на кухне. Звук льющейся воды и тихое позвякивание тарелок действовали на него странно успокаивающе. Андрей сел на диван, стараясь сесть так, чтобы выпуклость была менее заметна, и включил телевизор.
Через минуту послышались её шаги. Наталья вышла из кухни, вытирая руки полотенцем. Увидев сына, она улыбнулась:
— Вот так гораздо лучше, солнышко. В спортивках тебе комфортнее, правда?
Она подошла ближе и села рядом — очень близко, практически вплотную. Закинула одну ногу на другую, от чего короткий халатик слегка задрался, обнажив гладкое бедро. Её рука легла ему на бедро чуть выше колена.
Андрей напрягся. Член стоял колом и теперь отчётливо проступал под тонкой тканью спортивок. Скрыть это было практически невозможно.
Наталья заметила это почти сразу. Она посмотрела вниз, потом снова ему в глаза и мягко улыбнулась.
— Солнышко... ну расслабься ты. Ты такой напряжённый... Боишься меня, что ли?
— Нет, мамуль... — тихо ответил он.
— Правильно, — она чуть засмеялась. — А то сидишь, как школьник перед директором школы.
Андрей тоже слегка улыбнулся, но напряжение никуда не делось. Наталья некоторое время молчала, поглаживая его бедро пальцами, а потом вдруг сказала:
— Андрей... у меня есть один сюрприз. Даже не знаю, как это сказать... или лучше показать. Короче, можно сказать, что Светка мне сегодня подарила. Я даже не знала, что это, когда брала пакет. Она сказала «сюрприз». Прихожу домой, смотрю — а там платье. Ты не поверишь... Это Светка такая шутница. Платье очень... не приличное. Даже на ночь с ней выходить нельзя. Я сначала подумала тебе показать, а потом думаю — вот я дура, как такое могло мне в голову прийти. Лучше папе покажу...
Андрей слушал её, чувствуя, как возбуждение только нарастает. Он не мог сдержаться.
— Мам... — начал он с лёгкой грустью в голосе. — А ты не могла бы... для меня его одеть?
Наталья посмотрела на него удивлённо, но в её глазах сразу мелькнула игривая искорка.
— Ну не знаю, любовь моя... — она прикусила нижнюю губу. — Я боюсь, ты меня не так поймёшь.
— Мам, ну перестань... — Андрей посмотрел ей в глаза. — Если честно, я очень хочу посмотреть. Ты так рассказала... меня это сильно заинтересовало.
Наталья долго смотрела на него, потом нежно взяла его лицо двумя ладонями, погладила щеки большими пальцами и тихо сказала с улыбкой:
Она наклонилась, поцеловала его в губы — нежно, но с явным намёком — и прошептала:
— Жди меня здесь. Я быстро переоденусь.
Наталья встала и пошла в свою комнату, слегка покачивая бёдрами. Андрей остался сидеть на диване с сильно бьющимся сердцем и заметной выпуклостью в спортивках. Он уже предвкушал, что сейчас увидит.
Наталья быстро зашла в свою спальню и закрыла дверь. Сердце колотилось так, будто она только что пробежала несколько