В очередную субботу воспользовавшись наступившим летом мы с женой Натальей пошли прогуляться по ближайшему лесу. Мы любим, когда тишину нарушают лишь голоса птиц и шелест деревьев. Поэтому часто не берём с собой детей. Однако, не смотря на внешнее умиротворение, чувствовалась в ней какая-то тревога. И чувствовалось, что она нарастает.
Я уже было решил отважиться спросить, что её гложет, но она первая завела разговор.
— Я тебя очень, очень сильно люблю. Но, знаешь, я виновата перед тобой... Очень! Помнишь наш первый отпуск в Сочи. Я тогда буквально кожей поняла, что ты что-то заподозрил... А я... Да, я тогда изменила тебе. Но не так. Я любила и люблю только тебя! Но на меня нахлынуло... Я тебе никогда не рассказывала. Корю себя, но я боялась тебя потерять. Очень боялась. И сейчас боюсь... Ты... Твоя любовь спасли меня... От себя самой. От прошлого! Ты не представляешь... Но я признаюсь! Прошу только: пойми и прости. Ради всего хорошего, что у нас было и есть, ради детей, которые точно от тебя, клянусь!
С каждой фразой её признания становились всё более интригующими. Он много знал, подозревал, и молчал много лет... Почему? Он сам много раз задавал себе этот вопрос. И ответ был один. Он любил её. Много не понимал, но любил, и не хотел её терять, не хотел терять семью... Но раз она решила сказать, значит ей это нужно. Он решил слушать не перебивая, не задавая лишних вопросов, не делая комментариев пока не ступит черёд.
— Можно я из далека начну... Я вообще рано узнала о сексе... И очень много узнала. У нас компания была: мы с Ольгой и четверо парней. Наши родители дружили. Ну как дружили... Оказалось очень сильно. Мать медсестрой работала, начальник её, и ещё две семьи медиков. Что бабе в 30 лет делать, если она медсестра, муж на вахте, а все друзья медики. Ну вот и перееблись они там все на право и налево. Отец узнал... Сначала напился, орал, мать аж из-дому сбежала, меня прихватила. А Ольга осталась. Ей хоть и 12 лет всего было, но взрослой себя считала. Пыталась отца успокоить, урезонить... Спать смогла уложить. Сама рядом легла, типа для контроля, чтоб не шерохался ночью. А он и не стал. Малёхо в сознание пришёл, навалился, да и выебал что рядом лежало. Ругался по- чёрному, ну там: блядь, шлюха и так далее. Ольга ничего и сделать то не могла. Весовые категории разные, да и испугалась сначала спросонья. А потом, говорит, понравилось. Пьяные, они же долго могут иногда. Вот она и обкончалась. Он же сделал дело, и дальше захрапел. Утром-то до него дошло, да и мы с мамкой пришли. Меня тогда сразу выставили, отправили куда-то. Я потому ничего и не знала сначала. Говорят, в ногах у них валялся. Мать начальника тогда позвала, чтоб Ольгу осмотрел. Ну там вроде всё нормально было, не повредил ничего кроме целки. Промыл, таблеток принёс каких надо. С отцом беседу провёл. Объяснил, что чем ревновать, да скандалы устраивать, взял бы, да и присоединился. В общем стали они жить поживать, чужих жён ебать, да своих давать. От детей скрывать всё старались. Да где уж... Там и возраст такой был, что всё про это интересно. В общем как-то ночью мы все в одном месте были. Отосланные от греха подальше, и даже повод какой-то был. А когда стемнело Серёга, а он у нас самый старший был, да и заводила всегда, говорит: «Айда, что покажу, я про родаков такое
Сон с Мечтой так похожи...