же просто человек, и не всегда контролирую свои эмоции.
Лара перезвонила на мой мобильник около семи:
— Влад, слава Богу ты ответил! Что произошло? Я проснулась, тебя рядом нет!
Я не хотел смягчать ситуацию:
— Вчера, в момент твоего оргазма, ты назвала меня Глебом. Это сильно торкнуло меня. Ты до сих пор любишь его?
— О Боже, Влад, я не хотела, я не знаю, как это произошло! Я люблю тебя, я хочу быть твоей, только твоей женщиной!
Я не знал, что мне говорить в этой ситуации. Она видимо тоже. Мы оба молчали с минуту. Наконец Лара заговорила:
— Влад, любимый, дай мне неделю разобраться с тем, что я наделала. У меня есть знакомая психотерапевт, я запишусь на консультацию. Влад, прошу, не отталкивай меня, я люблю тебя!
Я согласился с нею, и заверил, что не буду разгонять ситуацию разрыва. Следующий день был воскресеньем, и я не выдержал, позвонил Ларе. Мы просто общались на посторонние темы. Неделю мы не виделись, но перезванивались. При прощании мы признавались в любви друг к другу.
У меня была неделя на обдумывание ситуации. Я понимал, что Лара всё ещё где-то глубоко в подсознании любит брата. Я также знал, что она любит меня. Это плохо? Чёрт его знает! Для Глеба она просто сестра, они контактируют через родителей. То есть мне от него в спину не прилетит. Я на Ямале верами читал много историй о супружеских изменах. Там вообще эта тема часто звучит среди вахтовиков. Я обратил внимание на такую странную херню – жена часто любит двух мужчин, мужа и любовника. Она хочет их обоих в своей жизни. Получается, Лара тоже будет любить меня и брата. Но я уверен, что с Глебом у них ничего не будет. Могу ли я предположить, что, имея двоих возлюбленных, она не заведёт себе третьего? Вот хрен его знает, рассказы про трёх возлюбленных мне не попадались. Я говорю именно о любви, как чувстве, не о блядстве. Я сомневался, что Лара кинется шастать по хуям, ну, она точно не шалава! Я понимаю, что это объяснение так себе, но какое было. Короче, я хотел её вернуть.
Лара позвонила мне вечером пятницы, спросила, можно ли ей прийти ко мне? Я ответил, что жду её. Она пришла в восьмом часу вечера. Я открыл дверь на звонок. Лара внимательно вглядывалась в моё лицо. Я растянул свой фейс, как я надеялся в приятной улыбке:
— Здравствуй любимая! Рад тебя видеть! Проходи...
Она прошла в прихожую, я обнял и прижал ей к себе, нашёл губы, и мы жарко поцеловались. Лара, видимо поняла, что я уже не на обиде, и порадовала меня своей улыбкой.
Я взял её за руку и повёл в гостиную. Мы сели на диван, я обнял Лару, и стал целовать её лицо, приговаривая:
— Любимая, прости мне мою реакцию! Я дал слабину, не смог себя сдержать! Ты не представляешь, как я ел себя за это поедом! Давай помиримся, я соскучился по тебе!
Она опять стала серьёзной:
— Влад, я должна отчитаться о своей консультации с психологом. Мы пришли к пониманию, что у меня в подсознании всё ещё жива девичья любовь к Глебу. Но, поверь, у нас с ним ничего не может быть. Ни он ни я не предпримем попыток сближения. Я по-настоящему люблю только тебя.
Я поцеловал её в губы:
— Я доверяю тебе и твоей психологше.
— Влад, она объяснила то, что произошло. Во-первых, было темно, я тебя не видела. Во-вторых, у меня был оргазм и спутанность сознания. На поверхность вышло моё подсознание. Влад, психолог поработала со
Скорый поезд, Москва-Сочи Часть 2