Это меня добило. Я взорвался снова, поражённый тем, сколько я в неё выплеснул во второй раз всего за несколько минут. Мы рухнули, тяжело дыша, слишком вымотанные, чтобы двигаться. Через несколько минут она перевернулась на спину и согнула колено. Она провела руками вниз к своей киске и раздвинула губки.
— Пора приступать.
Я был так вымотан, что идея вылизывать её киску, полную спермы, уже не казалась такой привлекательной, как пару минут назад. Она заметила мою секундную нерешительность, засунула в себя палец, вытащила большой липкий комок и размазала его по моим губам.
— Договор есть договор. — Когда она мне подмигнула, я понял, что сделаю это. Я облизнул губу, потом высосал её палец. Это заставило её мурлыкать. Я снова спустился к Жанне и вычистил всю сперму из её киски. Когда я закончил, я понял, что мне это понравилось, забыв о моментальном колебании.
Я также понял, что наша сексуальная жизнь изменилась навсегда.
Вскоре после того, как мы стали парочкой, я переехал к ней. Когда мы занимались сексом, я не всегда вылизывал кремпай. Это было просто одно из забавных занятий время от времени, когда нам обоим хотелось. Со временем, однако, нам хотелось этого всё чаще и чаще. В итоге редким был случай, когда я не вычищал её после. Вылизывание моей спермы из Жанны стало ещё одним способом показать ей, как сильно я её люблю. Я чувствовал, что ей это нравится, и сам начал очень сильно наслаждаться.
Хотя в этом действии был очевидный сексуальный подтекст, оно стало чем-то большим. Мне нравилось думать, что это проявление уважения к ней. Я так сильно о ней заботился, что хотел — жаждал — вычистить её после секса. Иногда я делился с ней поцелуем со спермой, иногда просто вылизывал. Но всегда я чувствовал глубокую связь с ней, с нами. Больше всего мне нравилось, как сильно ЭТО НРАВИЛОСЬ ЕЙ.
Как и все пары, мы делились фантазиями. Я обнаружил, что фантазии о Жанне с другим мужчиной очень сильно на меня действуют. Ревнивая энергия, которую эти мысли порождали, кружила мне голову. Я рассказал ей об этом. Когда мы трахались, она иногда говорила:
— А как тебе, если другой парень будет меня трахать?
— Я буду жутко ревновать, — стонал я.
— О, будешь, да? Ты не хочешь, чтобы я почувствовала новый член? — Она знала, как меня завести. — Ты не хочешь знать, что какой-то жеребец трахает меня? Жёстко. Глубоко. — Мой член набухал так, что казалось, кожа вот-вот лопнет. Потом она складывала губки в маленькую пухлую гримаску и говорила: — Разве ты не хочешь, чтобы я наслаждалась им? Особенно если он больше тебя... лучше тебя? — Я срывался и заливал её спермой за спермой.
Когда я наконец выходил из неё, она смотрела на меня с дьявольской искоркой в глазах и говорила: — Влад, сделаешь мне одолжение? Вычисти сперму моего любовника из меня. — Потом она раздвигала ноги и растягивала свои пухлые губки киски. Одного воображения, что в её пизде сперма чужака, хватало, чтобы я нырнул туда. Она хихикала и извивалась, прижимая моё лицо. — Да, вот так, милый, высасывай всё. Мой бойфренд будет рад узнать, что ты держишь меня чистой для него.
Наши фантазии так и оставались фантазиями. Всё время помолвки. Все первые три года брака. К тому времени мы были вместе почти шесть лет и немного застряли в рутине. Хотя секс с Жанной по-прежнему сводил меня с ума, частота и интенсивность снизились. Мы поддерживали остроту фантазиями и другими забавами.
Снегурочка. Роман. Продолжение