она была в ахуе. Сердце забилось как футбольный мяч в ворота — быстро и будто с предварительным ударом об перекладину. Руки чутка тряслись. Она испытала чувство, которое в последнее время было у неё постоянно — страх. Каждый урок Кира заставлял её паниковать, ощущать себя неловко, что уж там, даже страдать. Это было мучение. И сегодня оно было особенно сильным.
Но...
Но меж тем, она каждый раз преодолевала себя. Каждый раз, ощущая страх, она перебарывала его и всё заканчивалось хорошо. Каждый раз результат был позитивным.
«Ну, подумаешь Кир узнает, что я ласкаю себя. Он и так об этом наверняка догадывается. Ничего страшного в признании нет, верно?»
Тем временем Кир спросил:
— Ну что, ты согласна поговорить об этом?
Лина молчала, не способная решиться, не способная сказать «да» или даже просто кивнуть.
Кир воспринял её молчание как отказ.
— Я понимаю, эта тема табуирована для тебя. Ты боишься разрушить иллюзии о себе (которых у меня, будем честны, и не было). Боишься, что я подумаю о тебе плохо, — он произносил все эти слова очень нежно и умиротворяюще. — Но меня ты можешь не стесняться. Я обещаю, у тебя не получится заставить меня разочароваться в тебе. Что бы ты не сказала, я отнесусь к этому спокойно и не буду осуждать. Ты веришь мне? Веришь, что я не отвернусь от тебя?
— Я... — девушка ненадолго замялась, но всё-таки произнесла: — Я верю тебе.
— Так ты согласна пообсуждать это?
— Д-да.
— Хорошо. Что ж, когда будешь готова — начинай.
Так они просидели в тишине несколько минут.
— Ну ладно, — не выдержал Кир, — давай поступим по-другому. Я буду задавать наводящие вопросы, а твоя задача отвечать на них. Ок?
— Да, так, наверное, будет лучше.
— Замечательно. Итак... Начнём с основополагающего: ты дрочишь? В смысле, в принципе.
Девочка, и без того пунцовая, стала алой.
— Это значит да, — не вопросительно, а утвердительно произнёс Кир.
Лине ничего не оставалось, как подтвердить это кивком.
— Я же просил тебя не кивать. Скажи полностью, развернуто.
Девочка тяжело вздохнула.
— Да, я... иногда ласкаю себя.
— Неплохо, — протянул мальчик, — но давай также закрепим это более вульгарной формулировкой...
Лина ломалась, но всё же с трудом вырвала из себя слова:
— Я дрочу.
Кир одобрительно кивнул.
— Как часто?
На этот свой вопрос он ответа не получил.
— Угу. Пока не готова... Тогда... как это происходит?
— Как происходит?
— Да. Опиши мне один типический случай.
Лина замялась.
— Ну... думаю, тут глобально нечего описывать. Я просто прикасаюсь к себе и... всё?
Кир задумчиво покачивал ногой, думая: «Понятно, так просто из неё инфу не выцепишь».
— А грудь стимулируешь?
Лина непроизвольно взглянула на свой бюст среднего размера.
— Иногда.
— Где обычно это делаешь?
— В комнате... на кровате.
— Какие-нибудь приготовления?
— Я... Ну... — пыталась вымолвить Лина, — у меня... у меня есть специальное полотенчико... для этого.
— Для чего? — с намёком спросил Кир.
— Для дрочки, — выдохнула девочка.
— Угу, и как ты его используешь?
— Подкладываю под себя. Ну и когда... закончу вытираюсь им.
— Когда ты что сделаешь?
— Когда я кончу.
— Очень хорошо. На что дрочишь? На видео, тексты, фантазии или что-то другое?
— На тексты в основном, — Лина — наш человек, — изредка на фантазии.
— О чём тексты, какие фантазии?
Этот вопрос также остался проигнорированным.
— Ок, твои фантазии о реальных твоих знакомых или это чистый вымысел?
— Чаще вымысел.
— Но бывает и на настоящих?
— Спорадически.
— Чего?
— Урывками.
Кир усмехнулся.
— Дааа, дрочить урывками — это надо уметь.
Лина снова залилась рубиновой краской.
А Кир задумался, о чём ещё можно было бы спросить...
Я снова ее добилась