Его правая рука скользнула вниз по телу девушки и обхватила лобок. Луиза ахнула и напряглась ещё сильнее, когда до неё дошло, что сейчас произойдёт. Профессор прижал ком земли и веток к мягкому бугорку её клитора. Луиза громко закричала, умоляя кого-нибудь помочь ей прекратить эти мучения.
— Не ври мне, сучка.
Его пальцы начали заталкивать горсть земли и веток в мягкие складочки девичьей промежности. По тихому лесу разнёсся протяжный жалобный вопль. Левой рукой мужчина высвободил член из штанов и с некоторым трудом приставил головку ко входу в её тугой маленький анус.
— О боже, нет, пожалуйста, — рыдала Луиза, не в силах сопротивляться или хотя бы пошевелиться.
— Лживая сучка, — прошипел он и вставил в неё член.
Нежная кожа её ануса растянулась вокруг толстого стержня. Насильник ни на секунду не переставал теребить девичий клитор. Он толкался всё сильнее и глубже, громкие рыдания девушки, разносившиеся эхом по тихому лесу, только сильнее возбуждали его. Девичьи внутренности горели, нежные складочки пульсировали от грубого напора в сухую. Трение о клитор было болезненным, а внутренние губы нежной киски горели от жестокого проникновения.
— Ладно, я соврала, — воскликнула наконец Луиза.
— Слишком поздно, сучка. Я научу тебя держать слово!
Профессор начал пальцами проталкивать грубую и колючую смесь в её нежную киску. Луиза подняла взгляд на крону дерева над головой, в глазах девушки была только безнадёжность и смирение, из груди вырывались тихие булькающие звуки, пока насильник грубо трахал её.
Блаженное облегчение охватило девушку, когда его тёплая сперма выплеснулась в её внутренности, а насильник задёргался и забился, вжимаясь бёдрами в её мягкие ягодицы и ещё сильнее сжимая рукой девичью промежность. Профессор ещё долго стонал, наслаждаясь оргазмом, а потом отстранился от девушки. Луиза тихо всхлипывала, уткнувшись в грубую кору дерева. Он сел на траву и смотрел, как девушка рыдает, уткнувшись в свою деревянную тюрьму. Её израненное, избитое тело дрожало от боли и унижения.
— Хочешь дразнить мужчин и распалять их своей сексуальностью, да?
— Да, — тихо ответила она после минутной паузы.
— А если позволю тебе делать это регулярно, ты перестанешь сопротивляться?
— Да, — всхлипнула она с надеждой в голосе.
— Но малышка, глупенькая маленькая Луиза, это всё было заранее задумано.
— Что? — спросила она с удивлением, пытаясь хоть немного повернуть голову, чтобы посмотреть на мучителя. — Вы серьёзно?
— Такая красавица, как ты, просто создана для того, чтобы услаждать мужчин. Это то, для чего ты рождена. Но сначала ты должна, повторяю, должна научиться повиноваться.
— Когда всё это мне будет позволено? — в голосе девушки зазвучала надежда.
— Скоро, очень скоро. Когда буду уверен в твоём полном подчинении. Тогда сможешь использовать своё тело так, как тебе хочется. Помни об этих противоположных мыслях, когда будешь сдавать экзамены, Луиза. Помни о сладостной боли, о возбуждающем предвкушении. О неуверенности и разочаровании, о сексуальной силе, которая может прийти с болью. Наш разум подобен огромному саду: чтобы он рос и цвёл, мы должны сначала понять его, взрастить и взлелеять. Изучай этот опыт, познавай его, принимай, и учёба пойдёт тебе на пользу.
Он развязал верёвки, и девушка рухнула на землю. Прошло несколько мгновений, прежде чем он снова заговорил.
— Видишь вон те постройки? - Луиза подняла голову и увидела ряд невысоких амбаров примерно в двухстах метрах от себя, на лужайке. - Ты поползёшь к ним, сучка. На четвереньках. Когда мы доберёмся до места, мы тебя отмоем и подумаем, что делать дальше.
С тяжёлым сердцем, в котором всё ещё теплилась надежда, Луиза двинулась к амбару. Ей было больно ползти на коленях,
В старом корпусе