Волна оргазма нарастала быстро и неумолимо — тугая, горячая пружина скручивалась внизу живота всё сильнее.
— Вася... пожалуйста... — жалобно, почти плача прошептала она.
Но Вася услышал это по-своему.
Он резко выдернул пальцы.
Пустота внутри была почти болезненной. Оргазм, до которого оставалась секунда, сорвался в никуда, оставив после себя мучительное, ноющее желание и дрожь во всём теле.
Лиза пошатнулась, судорожно хватая ртом воздух. Вася спокойно отпустил её шею, вытер влажные пальцы о свои штаны и деловито повернулся к капающему крану.
— Ну вот, Андреевна, — сказал он ровным, будничным голосом, в котором ясно звенела насмешка. — Всё сухо. Больше не подтекает.
Он развернулся и тяжело зашагал к выходу. Уже в дверях он на секунду обернулся и бросил через плечо:
— Завтра я приду. Закончу то, что не закончил.
Лиза осталась стоять посреди кухни, тяжело опираясь на столешницу. Её тело била крупная дрожь от неудовлетворённого, звериного голода. Мозг отказывался верить в то, что сейчас произошло.
Она медленно сползла по дверцам кухонного шкафчика на пол, обхватив голые колени руками. Из глаз брызнули злые, горячие слёзы обиды. Это было невыносимо унизительно. Но, задыхаясь от пульсирующего жара между ног, Лиза с ужасом призналась себе:
Всё, чего она сейчас хотела, — это чтобы он вернулся и сделал всё до конца...
Вирт. Ночь. С любимой.