моя уже ушла... А дочь я тебе не позволю. Яйца откушу, понял?
Светлана зарделась и понурила голову, ей вдруг стало мучительно стыдно. Васильев же поднял на неё весьма укоризненный вопросительный взгляд. Нужно было отвечать.
— Муж мой, что хочу, то и делаю. А дальше? А дальше вот что. Экзамен Света сдала на отлично. Если то же будет дома, то счастья вам. Но на сегодняшний день у меня есть три, так скажем, параграфа. Первый. Здесь становится тесно и неправильно. Работать тяжело, а большинство задач уже решено. Не пора ли Вам Евгений Иванович вернуться домой и на работу? Будет легче! Если у Вас есть претензии по поводу нашего контракта, то теперь уже проще нам приехать к Вам в гости. С учётом нынешнего положения Вадима, это даже не вызовет подозрений. Второй. Везти сюда ещё и Дашу, чтоб всё ей озвучить и ввести в семью не имеет смысла. Проще дома. Да и соскучилась, истомилась она поди. Думаю, проблем с ней не будет. Если что поможем и на путь наставим. Третий. Самый мне пока не понятный. Жить вы будете втроём, а в доме вас четверо! Крайний случай. Мальчик просто вас всех возненавидит. Надо? Второй крайний случай. Уйдёт в себя, а там и до психушки недалеко. Опять не надо? Как вы вообще мыслите эту проблему? – она сделала паузу пристально смотря на Васильева и Светлану.
— Не думал, блин. Забыл с вами про Лёху совсем... Может отправить его учиться куда подальше, в Лондон, в Шанхай?
— Выучится, вернётся, узнает! Что делать будет? Кому-то здесь проблемы нужны? Тем более с умным взрослым мальчиком.
— Да уж, королева моя, умеешь ты... Нам бы с тобой девять лет назад встретиться... Отбил бы я тебя у Вадима. Мы б с тобой горы свернули!
— Ну, горы Вы уже свернули, без меня. А девять лет назад у Вас со мной даже шансов не было, с вашей робостью. Я девчонка бойкая была, да и Вадик кулаки на раз распускал тогда ещё.
В Светлане опять проснулась ревность... И обида за брата. Но она реально теперь понимала, что проблема есть.
— А что делать? – сама не ожидая, произнесла она мысль вслух.
— А жить вчетвером!
После этих слов Лады в воздухе повисла пауза. Долгая, мучительная. Прервал её Васильев.
— А что? Мальчиков в этом вашем директорском борделе не было что ли? Свет, я на самом деле все записи видел. Про девочку ту тоже знал, ты просто глаза мне на причину раскрыла. Я ж не господь бог, чтоб всё понимать и знать. Там много без звука. Говори уже.
— Жень, ну прости меня...
— Свет, я тебя за всё-всё ещё вчера простил. Я люблю тебя!
— Они тоже говорили, чтоб они меня мамой называли, и меня... Но девочка та она реально несчастная. А ублюдки эти за деньги и оценки и меня ебли, и жопы свои подставляли, сосали... Знаешь, как противно было?
— Верю. Не представляю как так опуститься было можно. Кто из них вырастет? Я на жопу Лёхи точно не претендую. Но ты видимо знаешь, что надо делать?
— Господи, Женя, ничего я не знаю. Там всё за меня решали...
— А если я тут за тебя решу? Сможешь?
— Честно? Не знаю... А он сможет? Ты заставишь его? Жень, так неправильно.
— В нашей семье уже и так всё неправильно...
Вадим сидел и размышлял над бренностью бытия. Он вслед за Васильевым, что уж тут девочку корчить, просто охуевал от того, что творит его ещё пару недель назад преданная и верная, добропорядочная жена. И
Поезд в никуда из откуда