Категории: Измена | Случай
Добавлен: 05.06.2026 в 03:05
что буду ждать с ужином, но уже тогда внутри меня шевельнулось лёгкое беспокойство.
В одиннадцать пришло первое сообщение: «Задерживаемся, разговорились, не переживай ❤». Я улыбнулся тогда, но уже почувствовал лёгкий укол тревоги. Потом — почти полная тишина.
Я написал ей в 00:15: «Малыш, ты как? Уже довольно поздно».
Ответа не было.
В 01:40: «Камилла, напиши хоть пару слов, я начинаю волноваться».
Ничего.
Иногда на экране появлялось «печатает...», сердце у меня замирало, я представлял, как она сейчас сидит в кафе, смотрит на телефон и улыбается, но сообщения так и не приходили. В 02:40 наконец пришло короткое голосовое — её голос был явно пьяный, запыхавшийся, с лёгкой хрипотцой: «Мы... ещё посидели... всё хорошо, солнце... скоро буду...» — и связь резко оборвалась.
Я начал звонить, но недозвонился и писать ещё несколько раз. Сообщения уходили, но галочки оставались серыми. В 03:20 она всё-таки ответила одним словом: «Еду». И снова пропала.
Я ждал. Сердце колотилось тяжело и неровно. В полутёмной гостиной горел только один торшер в углу, отбрасывая мягкий тёплый свет на стены и пол. За большим панорамным окном шумел ночной город - редкие машины проезжали по мокрой дороге, далёкие сирены, шум дождя, который начался пару часов назад и теперь равномерно стучал по стеклу. А внутри квартиры стояла такая густая, звенящая тишина, что было слышно каждое тиканье настенных часов и моё собственное тяжёлое дыхание. Я представлял самые разные картины от невинных посиделок до самых страшных и возбуждающих одновременно. И от каждой внутри меня разгоралось это странное, мучительное возбуждение, которого я не испытывал с момента аварии.
Я вспоминал, как раньше мы с ней проводили такие вечера вместе, как она возвращалась домой и сразу садилась ко мне на колени, как мы целовались долго и жадно. Теперь всё было иначе.
Дверь щёлкнула только в 03:55.
Камилла вошла пошатываясь, полу-пьяная. Она старалась идти тихо, но каблуки предательски стучали по паркету. Платье было сильно помято — подол задран, одна бретелька спущена с плеча, ткань в нескольких местах заломлена и даже немного испачкана. Волосы растрёпаны, длинные чёрные пряди прилипли к вспотевшему лбу и шее. Макияж размазан - тушь потекла под глазами, помада стёрта почти полностью. На шее и ключице ярко выделялись свежие красные засосы, ещё несколько виднелись ниже, на груди. От неё сильно пахло дорогим мужским парфюмом, вином, сигаретным дымом.
— Прости... очень поздно, — пробормотала она заплетающимся языком, пытаясь улыбнуться. — Давай я тебя уложу, солнце.
Я хотел начать допрос, спросить что с ней случилось, почему она в таком виде, но понимал что сейчас это делать бесполезно. Ведь она в таком состоянии что сообразить и дать осмысленный ответ точно не сможет.
Единственное на что ее хватило, будто она отдала последние свои 5% энергии, на то чтобы сходить в туалет и помочь мне пересесть из коляски в кровать, аккуратно поправила подушку, укрыла меня пледом. Движения были неточными, но всё ещё заботливыми. Потом сама начала раздеваться прямо у кровати, не уходя в ванную. Стянула платье через голову одним движением и бросила его на стул. Осталась только в чёрных кружевных трусиках.
Я не мог отвести взгляд.
Её золотистая кожа была покрыта следами чужих рук. Крупные красные пятна, похожие на засосы у основании шеи, особенно вокруг тёмных набухших сосков. Ещё один большой след - на животе чуть ниже пупка. На внутренней стороне бёдер отчётливые отпечатки сильных пальцев, будто кто-то крепко держал её, раздвигая ноги. (Но думаю это уже я себе накрутил)
Трусики были надеты явно уже после всего — они выглядели относительно чистыми, но кожа между ног блестела от влаги, а
В некотором царстве, в некотором государстве...