Ночной дискотечный бар назывался RMDF. Ася видела его в первый раз. Она стояла перед металлической дверью, с которой облупилась краска, и слушала, как музыка долбит даже через бетонные перекрытия и запертые створки. Бас был таким плотным, что пирсинг в сосках вибрировал, передавая колебания имплантам, а те — всей груди, тяжелой и налитой, как два арбуза, которые положили на вибростол.
Она пришла сюда, потому что здесь можно было найти информацию об Оушен. Якобы, как сообщил Командор, Оушен была в этом клубе прежде чем попасть в особняк Аурелии Вект. Они не знали, верить ли этому. Но других зацепок не было.
Клуб перемещался по Столице. Никто не знал, где он будет в этом месяце. Приглашения рассылались по закрытым клубным контактам, цепочка за цепочкой, как тайный орден, как наркосеть, как что-то древнее и запретное. Ася получила свой пропуск через Даниэля — сисадмина, который оказался полезнее, чем можно было предположить по его жидким волосам и мерзкой улыбке.
— Если все правда что я слышал о нем, тебе должно понравится, — ехидно произнес он, — нужно будет только одеться соотвествующе. Даниэль умолк.
—Как трах соска...
Она оделась максимально нормально для этого клуба и абсолютно вызывающе для любого другого места. Красный обтягивающий комбинезон облегал ее тело, как вторая кожа, как бинт, как предупреждение.
Комбинезон показывал все.
Кирпичики пресса — твердые, рельефные квадраты, разделенные глубокими бороздами, — проступали сквозь ткань, когда Ася дышала. Огромные импланты торчали двумя шарами спереди — комбинезон был вырезан так низко, что золотые кольца в сосках сверкали на свету, привлекая взгляды, как маяки в ночи. Ткань натягивалась на груди до предела, казалось, еще чуть-чуть — и лопнет по шву.
Ее накачанная приседаниями и уколами стероидов жопа, казалось, порвет комбинезон сзади. Две идеальные полусферы, твердые, как камень, но при этом упругие, живые, перекатывались при каждом шаге. Золотой лабрет в ложбинке проступал сквозь ткань, как маленький секрет, который комбинезон не мог скрыть.
Квадрицепсы были обтянуты так туго, что Ася чувствовала, как каждый миллиметр мышц давит на ткань. Икры — тугие шары — напрягались при каждом движении. Клитор, этот огромный, раздутый бугорок, слегка выпирал из-под ткани, но в целом был незаметен. Если не присматриваться.
На пляже она смотрелась бы плюс-минус уместно, но конечно все бы пялились и мечтали бы ее пялить. В любом другом месте — однозначно нет. Но в RMDF это было то, что нужно.
Расшифровывался клуб как Roid Milf Dance Floor. И, как было известно Асе из того, что она прочитала в Сети, это было то еще злачное место.
Вход был платным. И недешевым.
Ася достала купюры с божественным ликом императора — пачку, которую она засунула между силиконовых сисек перед выходом. Бумажки были теплыми, влажными от пота, и от них пахло ее кожей и тем самым мускусным запахом, который она давно перестала замечать, но который сводил с ума других.
Она протянула деньги привратнице.
Девушка была на удивление хрупкой — тонкие руки, узкие плечи, маленькая грудь. На вид — восемнадцать, не больше. Но Ася знала: в таких местах не берут случайных людей. Под столом у девушки наверняка был спрятан обрез, или шокер, или что-то пострашнее.
Готка с черными губами и белым макияжным лицом. Глаза зеленые, очень цепкие — такие бывают у тех, кто привык запоминать лица на случай, если придется давать показания. Она взяла деньги, поморщилась.
— Они у вас потные, — недовольно произнесла девушка.
Ася улыбнулась. Облизнула свои огромные губы, наполненные филлером, раздвоенным языком. Два розовых лепестка мелькнули между губами, сплелись, разъединились.
— Он просто здесь впервые, — сказала она, — и поэтому так
Деревенские сладости