я говорила о тебе... это было ужасно. Я не имела этого в виду, так же, как и ты, я знаю, не имел в виду большую часть того, что говорил обо мне. Мы были ранены и злы. Прости меня. Я хочу вернуть вас обоих. Я готова на всё, чтобы это случилось. Даже жажду этого.
Она тихо хихикнула.
Я обнял её в ответ. Злость ещё сидела внутри, но я чувствовал — она искренна.
— Мне больно, Шелли. Она угрожала моему браку, моей семье. Шантажировала меня. Ты говоришь, она не изменяла, что я согласился. Я никогда не соглашался. Меня шантажировали детьми.
— Она не просто спала с другими мужчинами. Она позволила парню с огромным членом использовать и насиловать себя, а потом заставляла меня вылизывать её. За весь наш брак она никогда не разрешала мне кончать ей в рот или брать её в задницу — до тех пор, пока не узнала, зачем я ходил к шлюхе. Она не делала этого для меня. Не брила киску. Не позволяла мне доводить её языком до конца. А для тех ублюдков делала всё это с готовностью. И те... вещи, которые она говорила...
Я не смог продолжить — комок в горле стал слишком большим.
Шелли взяла моё лицо в ладони и мягко поцеловала.
— Я знаю. Это было ужасно. Мы были ужасны. Дай нам шанс загладить вину. Дай нам немного времени. Она нуждается в тебе. Дети нуждаются в тебе. Чёрт, и я нуждаюсь в тебе. Ты единственный мужчина в моей жизни за последнее десятилетие, который чего-то стоит. Как это печально?
Я тихо рассмеялся.
— У тебя действительно отвратительный вкус на мужчин.
— Только ты — исключение. Пожалуйста, пока не сдавайся.
Я получил ещё один её нежный, осторожный поцелуй.
— Тебе не нужно этого делать, Шелли. Мы всегда были честны друг с другом. Я знаю, что ты готова помочь, но мне не секс по сочувствию или ради подкупа.
— Ты ошибаешься, Рик. Я хочу тебя. Хотела уже много лет. И ты в глубине души знаешь, что это правда.
Она смотрела мне прямо в глаза, бросая вызов, чтобы я возразил.
— Зачем? Я видел, что в тебя входит. Я не могу с этим конкурировать. И не хочу.
— Поверь мне, малыш, никакой конкуренции не будет. Когда тебя долбят огромным членом, это иногда приятно... но это пусто. Оставляет душу опустошённой. Ты думаешь, у придурков, за которых я выходила, были самые большие члены? Вовсе нет. Я искала любви. Того, что было у вас двоих. И соглашалась на меньшее. Чёрт, даже после того, как я так сильно облажалась, ты всё равно пришёл мне на помощь. Пока я была там, со своей дурацкой подругой, и устраивала ей трах, ты всё равно не смог меня подвести. Хочешь помучить девушку? Ты нашёл отличный способ. Я не думала, что один человек может чувствовать столько вины. Я облажалась, Рик, по-крупному, и сейчас выкладываю всё начистоту. Мне жаль. Я никогда больше так не сделаю. И прослежу, чтобы Даниэль тоже никогда больше не сделала. Я хочу исправить всё, но не знаю как. Я умоляю о прощении и полностью в твоей власти. Пожалуйста, малыш, позволь мне сделать это правильно.
— Я... никаких обещаний, но я постараюсь. Это всё, что я могу дать сейчас. Постараюсь разобраться, но думаю не получится.
— Это больше, чем я могла надеяться. Спасибо. Скажи мне, что я могу сделать, чтобы помочь. Что угодно. Быть подругой для секса, сочувствующим ухом, плечом, чтобы поплакать, — чем угодно.
Я прижался губами к её губам — не страстно, а с благодарностью.
Стоп слово